Читаем Мы – русский народ полностью

Однако вернемся в Египет и посмотрим, что же фараон и его народ получили взамен за свои благодеяния. А получили они вот что: Иосиф своей мудрой продовольственной программой «семи тучных и семи тощих коров» перекачал в казну фараона все имущество египтян, их земли, а затем и их самих превратил в рабов. Этой участи избежали лишь приближенные фараона, жрецы и… евреи, благодаря чему последние «расплодились, и размножились, и возросли, и усилились чрезвычайно, и наполнилась ими земля та…», и стали они сильнее египтян. (Возьмем себе и это на заметку.) Когда же по прошествии трех веков евреев попытались уравнять в правах с остальным населением, они устроили нечто невообразимое. Отравив водоемы, уничтожив скот и урожай египтян, умертвив их первенцев и мошеннически завладев их имуществом, евреи, ведомые Моисеем, приемным сыном дочери фараона (еще одно знаковое обстоятельство), совершили свой библейский Исход. Правда, другие источники не подтверждают эти события, но тем не менее для чего-то описания сии включены в священный для евреев Ветхий Завет. Уж не для устрашения ли других народов, среди которых им предстояло жить?{1}

Исторически же зафиксировано, и об этом говорит Л. Н. Гумилев («Древняя Русь и Великая степь», 1993), что в XIV веке до Р. X. племена хабиру начали крайне жестокое завоевание миролюбивого Ханаана, но натолкнулись на решительное сопротивление хананеян и филистимлян. Война с переменным успехом длилась почти четыре века, пока царю Давиду (1055–1015 гг. до Р. X.) наконец-то не удалось захватить Иерусалим и завершить покорение страны. Дорого это стоило жителям тех мест, ибо сказано: «…в городах …народов, которых Господь, Бог твой, дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души» (Второзаконие, гл. 20, 16).

Единым еврейское государство продолжало оставаться и при Соломоне (1015–977 гг. до Р. X.). Однако стремление к роскоши и усиление налогового бремени при сыне Соломона — Ровоаме, который «не расположил сердца своего к тому, чтобы взыскать Господа» (Вторая книга Паралипоменон, гл. 12, 14), привело к народным волнениям и разделению царства на Израильское и Иудейское (953 г. до Р.Х.). Израильское царство после двух веков непрерывных войн и междоусобиц было захвачено ассирийцами в 721 г. до Р.Х., а израильтяне, рассеянные по мидийским и персидским землям, оказались ассимилированы другими народами.

Более благосклонной судьба оказалась для Иудеи, просуществовавшей до 586 г. до Р.Х., но в царствование царя Седекии Иудею захватил Навуходоносор, царь вавилонский. Иерусалим был разрушен, а население, вернее, «лучшие люди» Иудеи были отведены в так называемое «вавилонское пленение». Что же с ними там произошло? Как им там жилось? Кому они служили? Какие цели преследовали? Прямого ответа на эти вопросы я не нашел. Из Библии известно лишь то, что положение еврейского пророка Даниила, главного начальника «над всеми мудрецами Вавилонскими», ближайшего царедворца Валтасара, сына Навуходоносора, после захвата вавилонского царства Дарием (Киром) даже улучшилось. Он стал одним из трех великих князей. За что бы это? Уж не за решающую ли роль еврейской диаспоры в разрушении вавилонского царства? Уж не были ли они «пятой колонной» Кира? Во всяком случае, о такой возможности говорит то обстоятельство, что Кир сразу же после захвата Вавилона решил профинансировать восстановление Иерусалимского храма и разрешил евреям вернуться в Палестину. И вновь загадка: почему этим разрешением воспользовалась лишь незначительная часть «пленников»? Может быть, им совсем неплохо жилось на чужбине? А может, оказавшись в роли пособников победителя, они решили воспользоваться случаем и прибрать к рукам власть и богатство этой страны?

Как ни странно, но подтверждение подобного предположения мы вновь находим в Библии, в частности в сказании о Мардохее и Эсфири. Только в отличие от Египта и Вавилона «золотым ключиком» к сердцу царя послужили не сновидец и гениальный еврейский интендант и не главный мудрец, а обольстительная Эсфирь. Став наложницей царя, а затем и его женой, она настолько подчинила своей воле венценосного супруга, что последний благословил Пурим — кровавую расправу над недоброжелателями евреев, унесшую жизнь 75 тысяч человек. И что характерно, недоброжелательность коренного населения, как свидетельствует Книга Эсфирь (глава 3), была вызвана высокомерным поведением дяди Эсфири — Мардохея, завоевавшего высокое положение у трона благодаря своей племяннице и своим доносам. И вновь совпадение: после Пурима персидское владычество над Передней Азией благополучно сменилось владычеством Александра Македонского, в честь которого все еврейские мальчики, рожденные в этот год (332 год до Р. X.), были названы Александрами, а иудеи получили от победителей новые льготы.{2}

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное