Читаем Мы Крылья (СИ) полностью

Хотя не могу сказать, что страдаю от недостатка внимания, напротив, иногда испытываю неудобства от его переизбытка. Но важно другое. Сколько бы вы не купались во внимании, если в нём не будет хотя бы толики отражения, вам будет безразлично такое внимание. Каждому существу на земле нужно отражение. По случаю чего, к теме о моей собственной душе и сочетании не сочетаемого в одном человеке, я раскрою вам ещё один личный секрет. Несмотря на сформированный довольно чёрствый и отчасти циничный характер, очень глубоко внутри я  по-прежнему остался романтиком, да ещё и таким, которым мальчишка бывает, пожалуй, только в  шестнадцать. Но сколько же испытаний ради моего признания, с тех пор пришлось снести тому романтику! Иной раз я даже завидовал своему терпению! Ты его пинаешь, топчешь, задушить пытаешься, а он только знай что прощает,  улыбается в ответ! Хотя было бы желание! Немного титанических усилий и глоток окружающей действительности, в конечном счёте, сокрушили, как тогда думалось эту бесполезную часть, огрубляя её в  каменный монолит того самого характера! И всё бы здорово, казалось, ты получил то, чего так пламенно желал! Обратил восторженную мямлю в настоящую бесчувственную машину! Так танцуй же и пляши, человек. Но, увы! Машины не умеют танцевать! Да и человек, даже будучи машиной, что не говори, не совершенен! Стоит ему достигнуть желаемого, как, наевшись досыта, он очень быстро теряет интерес к результатам своих чаяний! И как всегда только потом становится ясно: важен не столько результат,  сколько путь к нему. Поэтому, думаю, не мне одному, стоя на пороге зрелости, теперь так не хватает той беззаботной наивности, исследовательского авантюризма, нежной, что аромат весенних садов, романтики, да и вообще всего того, что нами давно посажено на цепь, закрыто на ключ и выброшено в самые тёмные глубины сознания. А если ты по доброй воле как типично приземлённый человек и, собственно, как я сам, устыдился всего этого, и  отрёкся,  желая  получить запретное, тебе не только этого не хватает, но и очень больно ранит осколками всю следующую жизнь! Мы так часто забываем в собственной беспечности о главном: «Как не прячь какую-то важную часть себя, рано или поздно она начнёт рваться наружу, вопрос лишь времени!» Всё равно не верите?! Вспомните старую мудрость: «Если ты рождён птицей, тебя всегда будет тянуть в небо; если тебе отрежут крылья, небо начнёт тебе сниться; если ты научишься вести сухопутный образ жизни, ты станешь грезить небом и без устали будешь искать возможность вернуть то, чего тебя лишили». Знаешь зачем?! Затем, чтобы вернуться в небо! Точно так же как я ненавидел романтика внутри себя, я и не верил в сказанное, веря только в свободу собственного выбора. Оттого и оставил попытки вернуться в своё небо, твёрдо убеждённый в исключительной верности земного пути и его материальных благ. Но как можно считать жизнь полноценной, если ты потерял в ней главное предназначение?! А вот так мы с вами устроены, друзья, и это уже потом возникают умные вопросы, а сначала всегда приходится чем-то жертвовать! Отдав душу, ты получаешь власть; продав сердце, ты получаешь деньги; предав любовь, ты получаешь страсть; отрёкшись от  крыльев, ты получаешь целую землю и её сады с запретными плодами, сулящими любые искушения, - только с течением времени. Пожалуй, повторюсь, но сладость их не так пьянит, а вот память о крыльях всё чаще теперь терзает рваную душу! Душу, которой, вместо первых небрежных шагов в поисках своего отражения, вместо первых забавных безумств, являющихся следствием опьянённого весенней влюбленностью разума, вместо нежной недосказанности и неловких прикосновений друг к другу, вместо всего того, что положено пройти каждому со своим отражением, и всего того, что ей так не хватает сейчас, была ближе прихоть тщеславия! Догадываетесь, к чему это привело?! Подозреваю, что догадываетесь, но раз уж начал, расскажу:  «Само тщеславие, вне сомнения, давно решило за обоих. Ему в отличие от никчемных людишек, конечно же, уготовано вознестись над этим бренным суетным миром, вместе с настоящим ангелом, коего  пройдя тернистый путь испытаний оно встретило, наивно полагая, что за все лишения, ангел в облике львицы дарует не только отражение, но и  разделит вечность во вселенском танце страсти». И снова бы только размыслить, откуда ангелам ведомы страсти людские, и снова бы приглядеться душе-душеньке, ведь  ничто  не претило. Но зачем?! Она-то глупая, она-то окаянная мудрости падений ещё не ведала! И помню, ох как не обрадовалась, когда изведала! Время шло, и каждый день, проведённый в дьявольском танце, всё сильнее затирал обманчивый лик ангела, обнажая  черты,  простой и коварной смертной! Смертной, которая вместо возвышенных песен о нашей любви всё чаще теперь бранилась, а  вместо витья уютного гнездышка и заботы о его будущем, всё чаще с тоской воздыхала о том, как сотни мужских рук щедро сеяли в её лоно мёртвое семя, пачкая некогда непорочное тело незримой скверной. Как результат, в один из тысячи рассветов проведённых вместе, я стоял посреди пустыни, напротив псевдо ангела, и, смотря в его глаза, априори своего отражения, видел отражение собственной наивности после свершившегося первого падения. Распластавшись у ног смертной, она так отчаянно корчилась от боли, пытаясь собрать осколки восторженных грёз, и так болезненно отказывалась верить, что её ангел оказался падшим. Ну вот ты и получил запретное, отрёкшись от важного, нравится тебе этот вкус, человек?! А то время, что безвозвратно упущено?! А небо, НЕБО тебе нравится?! Уверен, ещё как нравится, но ты уж прости, теперь для тебя на нём пожизненный переучёт! Не нужны были крылья, не верил?! Вот и проваливай на свою дрянную землю, ползай там и пресмыкайся дальше! Именно в этот момент часть тебя, которой ты так противился, начинает рваться обратно с удвоенной силой! А вот ты сам,  получив горький опыт, в очередном порыве беспечности, пытаешься затолкать её обратно! В этом бесконечном противоборстве характер начинает покрываться пластинами стальных лат. С годами латы крепчают, обрастают новыми слоями! Но однажды ты понимаешь, как несказанно устал: уж больно тягостными стали эти доспехи. Правда, к счастью, в них теперь  исчезает и всякая потребность! Ведь недавно в одном из собственных завоевательных походов, ты удачно выменял  накопленные знания и опыт на кое-что поинтересней неподъёмных железяк.