Читаем Мужлан и флейтистка полностью

– Илюха, ты меня, выходит, совсем не знаешь! У меня нет значит нет!

– А с дочкой видеться будешь?

– Конечно! А как же! Я же хочу ее забрать…

– Да, Федя, ты силен! Куда девался тот парнишка из «Керосинки»…

– Ага, деревенский увалень.

– Да если б ты не сказал, что деревенский, я бы не поверил. Ты в нашей компашке был самым образованным и продвинутым!

– Потому что грызть гранит науки вползуба нельзя! Вот я и грыз…

– Да ладно, ты просто способный как черт!

– Серость непроцарапанная! – засмеялся Федор Федорович. – Ладно, что мы все обо мне да обо мне? Что у тебя-то, Илюха?

– Ну, что касается работы, все путем, клиентура хорошая, репутация – тоже, а с семьей… облом! Так что оба мы теперь холостяки…

– В жизни не поверю, что у тебя нет запасных вариантов!

– Беда в том, что любая более или менее сносная баба непременно через два-три месяца заговаривает о браке, а этого я не хочу.

– Да, понимаю… А чего все-таки с Женей-то вышло? Нешто так ее недостаток толерантности замучил? Или там кто-то затесался?

– Да явно затесался кто-то супертолерантный. Да нехай. Баба с возу…

– Кобыле, конечно, легче, – усмехнулся Федор Федорович, – а жеребцу?

– Ну, Федька, ты даешь! – фыркнул Илья Станиславович. – А жеребцу вольготнее, когда баба с возу! А ты куда это пялишься, старик? Ох, нет! Это негодный товар!

– Почему? Очень даже аппетитненькая…

– Ты спятил? У нее же сиськи силиконовые!

– С чего ты взял?

– Да она вся ненатуральная, губы накачанные, сиськи тоже. Фу! Я знаю таких… Пробовал, гадость! Баба должна быть натуральной.

– Вообще-то я согласен.

– Знаешь, я однажды летел из Женевы, так у одной девицы в самолете силиконовая сиська лопнула… Визгу было!

– Ой, жуть какая! – поморщился Федор Федорович. И даже поежился.

– Ну, Федь, а что насчет отпуска? Дают тебе?

– Дают!

– Федь, есть предложение!

– По поводу отпуска?

– Ну да! А слабо полететь на Кубу?

– На Кубу? – крайне удивился Федор Федорович. – Зачем?

– Там такая рыбалка! Я был там в позапрошлом году, здоровущего марлина поймал, и вообще… Сказка!

– Там купаться-то можно?

– Райское купание!

– Погоди, а марлин… это что-то из Хемингуэя?

– Точно! Любишь старика Хэма?

– Да не особенно! Но… Ладно, на Кубу так на Кубу!

– Федька, уважаю! Я сию минуту этим займусь!

И Илья углубился в свой айфон.

А Федор Федорович подумал: улететь на другой край света вдвоем со старым другом, купаться в океане, ловить рыбу – что может быть лучше перед началом новой жизни!

– Ну, Федор, порядок! Летим через пять дней, рейс Москва – Гавана, отель я заказал тот, где был в прошлый раз.

– Илюха, а что надо брать с собой?

– Да что вздумается… плавки, шорты, шлепанцы какие-нибудь, на голову что-то, чтоб не напекло… Ты что, никогда на курорты не ездил?

– Да ездил, будь они прокляты! Верка заставляла меня вечером галстук надевать.

– Галстук? Нет, Федя, галстуки брать не надо!

– А снасти?

– Это моя забота, ты ж в них, насколько я понимаю, ни хрена не смыслишь?

– Правильно понимаешь!

– Вот за что люблю тебя, серость ты непроцарапанная, за умение принимать скорые решения! Это класс!

Федор Федорович наведался в свое новое жилище. Квартира была совершенно необжитая. Ладно, обживу, когда вернусь с Кубы. Надо же, Куба… Сразу вспомнилась старая песня «Куба далеко, Куба далеко, Куба рядом, это говорим, это говорим мы!»

На другой день Федор Федорович решил позвонить дочери по скайпу. Но она не ответила. Странно, раньше она обожала эти разговоры с отцом. Уж не заболела ли? Или просто не слышит? Он подождал четверть часа и позвонил снова. Все то же. Тогда он позвонил на дачный телефон. Там абонент не определялся.

– Алло! Слушаю! – узнал он голос тещи. Его передернуло.

– Добрый день, Калерия Степановна. А где Сашка, почему к телефону не подходит?

– А не хочет! Не желает она с тобой, прохиндеем, разговаривать! Ишь чего надумал – жену с ребенком бросить, кукусик чертов! Ты чем думаешь вообще?

– Калерия Степановна, – сквозь зубы процедил Федор Федорович, – я не желаю выслушивать ваши хамские выпады, вы всегда считали, что я недостоин вашей прекрасной дочки, так радуйтесь, что она, наконец, освободилась от меня, она теперь вольна привести в дом любого, меня это уже не колышет, но с дочерью я буду общаться, если не хотите мирным путем, что ж, будем воевать, только это вам вряд ли выгодно. Я в любом случае буду давать деньги на дочь, но уж субсидий на вольную жизнь ее мамаши не будет.

– Это ты что сейчас сказал?

– По-моему, ясно: если мне будут чинить препятствия и не давать общаться с дочерью, то денег, кроме как на содержание Шурки, больше не будет.

– А кто тебе сказал, кукусик, что мы будем чинить препятствия? Даже не собираемся! А Сашка сейчас в огороде с подружкой сюсюрится!

– Так позовите ее, уж будьте так любезны!

– Сейчас позову!

– Я перезвоню через пять минут на ее телефон!

– Как хочешь!

Да, прав Илюха, тут ключевое слово – деньги. И слава богу! К счастью, они не знают, сколько я буду получать на новом месте, а то аппетиты так могут возрасти… Ну да ничего, я все равно заберу Шурку!