Читаем Муж, труп, май полностью

– А что случилось-то? – спросила я после того, как закончила.

– В той квартире проживало четверо актеров, которые задействованы в очередном сериале у Попковского.

– А чего ж звезду-то поселили в таких условиях? – хмыкнула я, имея в виду отца Иоанна.

– Этот провинциальный мальчик очень хорошо умеет считать деньги, – сказал Виталий Васильевич. – Так что при вашей хозяйке он не просто так подвизается. И вполне может быть, что без секса. Судя по информации, которую на него удалось собрать… У него на первом месте деньги, на втором месте деньги и на третьем месте деньги. Они и только они. Никаких чувств. Вроде бисексуал, хотя от природы или по собственному желанию в карьерных целях, сказать не могу. Скорее последнее. Если ваша Кристина ему будет за разговоры платить, он с ней будет разговоры разговаривать. Но он – известный альфонс. Это я так, к слову. А насчет квартиры… Если съемки идут долго, в гостинице селить актеров невыгодно. Снимают квартиры. Здесь возможны варианты. Или арендой занимается компания, или актерам на руки выдают деньги. По крайней мере, у Попковского так. В данном случае выдали деньги. Большинство актеров предпочитает брать деньгами и селиться у дальних родственников и знакомых. А здесь народ решил сэкономить на аренде и потратить эти деньги на выпивку. Тем более что все задействованы в разное время, кто-то периодически остается ночевать в другом месте. Словом, положение вещей всех устраивает. И четверо мужиков поселились в однокомнатной квартире.

– Так в чем дело все-таки?

– Из четверых мужчин, которые снимали квартиру на Бухарестской, двое мертвы, один в тяжелом состоянии в реанимации, а отцу Иоанну крупно повезло, что он оказался здесь у вас и получил в глаз.

Я моргнула.

– В каком они были состоянии, когда вы уезжали из квартиры? – спросил Виталий Васильевич.

– По-моему, все были с большого бодуна, – честно сказала я. – И я не уверена, что видела четверых… Вроде троих, включая отца Иоанна. Если честно, я не приглядывалась. Одного, наверное, узнаю, если снова увижу. Того, который дверь открывал.

– Они были именно с бодуна или обкуренные? – уточнил майор.

Я удивленно посмотрела на него.

– Я вообще-то с наркоманами в своей жизни дел не имела. Мое поколение, да и предыдущие, в основном спиртными напитками баловалось и продолжает употреблять. У наркоманов вроде бы со зрачками что-то происходит?

– И со зрачками тоже, – вздохнул майор. – А кокаинистов по носу можно определить, но не на начальной стадии. Кстати, ваша хозяйка не балуется? В их среде это – обычное дело. Выложить дорожку, выровнять золотой кредитной картой и втянуть через стодолларовую купюру. Тьфу!

Я сказала, что Кристина пьет испанское вино и что ее недавно чуть не отравили. Виталий Васильевич не знал о событиях в этом доме, поскольку к тому расследованию не имел никакого отношения, и с интересом выслушал мою краткую версию.

– Ничего себе… Вы говорите, что в испанском вине был мышьяк? – вдруг встрепенулся он, будто до него только что дошло то, что я рассказала.

Я кивнула.

– В квартире на Бухарестской тоже отравление мышьяком, – сообщил Виталий Васильевич. – Мы поэтому к вам и приехали.

– А логика где? Если вы не знали, что Кристину пытались отравить мышьяком?

– Так эти кретины сами достали из сумочки Кристины Лопаткиной мышьяк и сами его наелись!

Я моргнула. Потом вспомнила, что мне по телефону говорила «Даша», когда я находилась в их с Кристиной родном городе. А Петр Васильевич с помощником не смогли обнаружить мышьяк в сумочке Кристины. В тот день она, как назло, выбрала именно ту сумку, в которую некто подложил мышьяк…

По словам Виталия Васильевича, единственному выжившему очень повезло, что отец Иоанн вернулся раньше, чем планировал. Если бы вернулся на следующий день, а то и позднее, трупов было бы три, а так у одного есть неплохой шанс выжить. Отец Иоанн вызвал «Скорую».

Правда, врачи при виде жертв очень забеспокоились – симптомы отравления мышьяком имеют сходство с симптомами холеры.

– Правда? – удивилась я.

– Я сам не знал, – признался Виталий Васильевич. – Но дело в том, что бригада «Скорой», да и, наверное, все врачи в том районе, как, впрочем, и не только врачи, не так давно обсуждали строительство торгово-развлекательного комплекса на месте старого холерного кладбища. Какой идиот мог это придумать?

– Какого холерного кладбища? – спросила я шепотом. – Когда у нас была холера?

– Не волнуйтесь, Лариса Михайловна. Давно. В первой половине девятнадцатого века. Все санитарные нормы соблюдены. – Виталий Васильевич описал место рядом с Ново-Волковским кладбищем, где находилось холерное кладбище. – Там много лет вообще ничего не строили. Я, кстати, проезжая там, всегда думал, почему там ничего нет. А оказывается нельзя было. А теперь можно. Сроки вышли.

– Но торгово-развлекательный комплекс? – у меня это не укладывалось в голове.