Читаем Муж, труп, май полностью

Сергей Юрьевич Лопаткин оказался примерно моим ровесником. Он явно поддерживал хорошую физическую форму – то ли в спортзале, то ли в бассейне, то ли во всех местах, где этим занимаются. В общем, это был мужчина спортивного вида с пружинистой походкой и загорелым лицом. Похоже, он много времени проводил на открытом воздухе. Так и оказалось. Он производил какое-то строительное оборудование и часть рабочего времени обретался на стройках. Постоянно сотрудничал с какими-то финнами, а через финнов – с арабами на Среднем Востоке и в Африке. Оказалось, что у финнов там много строительных проектов. Еще Сергей Юрьевич любил катание на снегоходах, играл в футбол и купался зимой в проруби. Он не курил и мало пил. И вообще пил только дорогой коньяк определенной марки, который ему специально поставляли из Франции.

Последняя жена Сергея Юрьевича по имени Кристина годилась и ему, и мне в дочери. Рост их обоих составлял примерно метр восемьдесят, правда, Кристина все время ходила на каблуках. Это была крашеная блондинка, в губы которой закачали излишнее количество геля. Носик, по-моему, подвергался реставрации у пластического хирурга. Уж больно он был аккуратненьким. Создавалось впечатление, что ноги Кристины растут из подмышек. Грудь выглядела неестественно большой.

Мы с Сергеем Юрьевичем разговаривали около часа, Кристина молча сидела рядом и держала мужа за руку. Я честно обрисовала свою жизненную ситуацию. Но Сергей Юрьевич уже многое знал от бывшего Мишиного начальника.

В общем, на работу меня взяли. Из торгово-закупочной фирмы я уволилась без проблем и стала служить у строительного олигарха и его юной супруги.

Я не могу сказать, что работа мне нравилась, но и того, что она мне не нравилась, сказать не могу. Она меня не доставала. Я приезжала утром, готовила завтрак Сергею Юрьевичу, мы обменивались несколькими предложениями. Работодатель всегда разговаривал со мной вежливо и уважительно, спрашивал о дочерях, о внучке, часто повторял, что если мне потребуется какая-то помощь, я могу смело к нему обратиться. Иногда он что-то рассказывал о своих проектах, только у нас было мало времени для общения. Потом он уезжал на работу, я убирала дом, стирала некоторые вещи Кристины, которые она мне доверяла (после проведенного ею инструктажа, остальное она сама возила «специалистам»), рубашки и носки Сергея Юрьевича, возила в чистку его костюмы, закупала продукты, готовила, что заказывал Сергей Юрьевич. С Кристиной мы практически не общались. Мне, как сразу выяснилось, не требовалось подавать ей завтрак, она сама доставала из холодильника и пенала персональное питание. Это питание жена хозяина закупала в каких-то специальных магазинах лично (спасибо, что мне не требовалось ездить еще и в них). С блендером Кристина тоже управлялась сама. Эта жутко полезная дрянь, от которой не прибавляется ни грамма веса, смешивалась с обезжиренным молоком (которое покупала я), и потреблялась Кристиной исключительно из красной посуды. Кристина вообще ела только из красной посуды. Оказалось – тоже в целях похудения. Я с удивлением узнала, что с красной посуды меньше съедаешь. После завтрака Кристина уезжала то в салон красоты, то на массаж, то на встречу с подружками. Иногда я дожидалась ее возвращения, иногда уезжала, пока обоих хозяев еще не было дома. Кристина знала, где я оставляю еду для Сергея Юрьевича. Еще я накрывала стол для ужина. Только тарелки мне приходилось мыть утром. Сергей Юрьевич ел с нормальных тарелок белого цвета и просил ему красное не ставить.

Иногда к Кристине в гости наведывалась ее лучшая подруга Сюзанна. Я подавала им испанское вино (его, как и коньяк Сергею Юрьевичу, привозили партиями по спецзаказу), держала зеркало, когда они устраивали примерки новых нарядов. Бывало, они приезжали вместе после посещения бутиков. Судя по обрывкам разговоров, которые я слышала, они ходили к одному парикмахеру, к одной маникюрше. Но я долго не знала, за счет чего (то есть, скорее, за счет кого) жила Сюзанна. Я никогда не видела ее в этом доме вместе с мужчиной. Хотя они с Кристиной встречались днем, когда Сергей Юрьевич зарабатывал деньги. Возможно, спонсор (муж, любовник) Сюзанны в это время тоже зарабатывал деньги.

Жизнь налаживалась. И время ведь на самом деле лечит. Да, мне очень не хватало Миши, я каждый день его вспоминала, я мысленно с ним разговаривала. Но я была занята весь день – на новой работе и у себя дома. Ведь вечером требовалось проверить уроки у младшей дочери, пообщаться с обеими дочерьми и внучкой. Иногда я готовила и дома. Ведь старшая дочь не всегда успевала выполнить всю работу по дому. И с внучкой не очень-то по магазинам походишь, так что закупки для дома тоже делала я. В воскресенье мы ездили к маме или свекрови, или они обе приезжали к нам.

Примерно через год моей работы у Сергея Юрьевича в их доме появилась Даша. Это была двоюродная сестра Кристины (как она сама сказала), которая приехала покорять Петербург из маленького городка на Волге, откуда родом была и сама Кристина.