Постоянно поддерживая связь с диспетчерами, пилот вел вертолет на Нью-Джерси, не поднимаясь выше двухсот футов над крышами домов, пока не приземлился в аэропорту «Колдуэлл-Райт». Вовремя полета автострада 1-80 практически постоянно находилась в поле их зрения. Анджело задумчиво смотрел на дорогу. В Манхаттан они намеревались возвращаться именно по ней и 1-95.

Анджело никогда не покидал кабину до полной остановки лопастей, и ему стало как-то не по себе, когда он у видел, как Энн и Ван, держась за руки, бегут к вертолету. Они даже наклонили головы, чтобы не попасть под замедляющие бег, но еще вращающиеся лопасти. Валери к вертолету не побежала, вероятно, ее из осторожности остановил Джон.

Телевизионщики и репортеры толпились у выставленного полицией ограждения. Объективы камер не упускали ни единой подробности, поэтому Анджело не оставалось ничего другого, как выскочить из кабины и обнять Вана и Энн.

Энн попросила Анджело на несколько минут уединиться с ней и Ваном в кабине «стэльена». Они рассказали ему о случившемся на горном спуске.

Анджело слушал с окаменевшим, покрасневшим от ярости лицом.

— Ладно, сейчас у нас другие дела, — процедил он. — Вы обо всем забудьте. Я разберусь.

4

Вскоре кортеж автомобилей покинул аэропорт, возглавляемый двумя патрульными машинами штата Нью-Джерси.

За ними следовал «стэльен» с Ваном за рулем, Энн сидела рядом с ним.

Ему в затылок пристроился семейный мини-вэн, возродивший название «сандансер», хотя официально он назывался «модель 000 V». Этот автомобиль был также оснащен электродвигателем. Вел его Анджело, справа от него сидела Синди. На задних сиденьях расположились Моррис, Валери и Мэри Перино и Джон Хардеман.

Далее место в колонне занимали грузовик с многочисленными телекамерами и полдюжины автомобилей с журналистами. Два вертолета барражировали в небе, обеспечивая съемку сверху. Замыкали кортеж две патрульные машины.

— Триумф, — поделилась своими ощущениями Синди.

Анджело кивнул.

— При условии, что мы доберемся до Выставочного центра без поломок. — Она наклонилась к мужу.

— Лорен был бы счастлив.

— Поэтому оба электромобиля тщательно охранялись.

— Он бы не решился.

— Чуть позже я расскажу тебе, на что он решился. Я его убью. Клянусь тебе, убью.

— Неужели он так нагадил?

— Будь уверена. Я тебе все расскажу.

Анджело повернулся и посмотрел на женщину, что сидела рядом с ним. Его жена, мать пятерых его детей. Но не только. Замарашка в линялых джинсах и футболке, отиравшаяся у гоночных конюшен, превратилась в прекрасно образованную, утонченную женщину. Она любила его. Он в этом никогда не сомневался. Но она не старалась укрыться за ним, как за каменной стеной, и всегда сохраняла независимость. Синди оставалась Синди: любящая, заботливая, эротичная, но при этом умная и проницательная, объективная и реалистичная.

Годы не портили ее. На семнадцать лет моложе Анджело, с возрастом она становилась все интереснее. Но в памяти Анджело запечатлелся ее прежний образ: джинсы, обтягивающие круглую попку, груди, свободно перекатывающиеся под белой футболкой. В те времена он еще участвовал в гонках, а она не признавала платьев.

Совершенных браков не бывает. Авантюрность Синди никуда не делась. Возможно, у нее и сейчас был какой-то роман. Анджело не возражал. Потому что сам был не без греха. Но Синди он всегда ставил выше всех остальных своих женщин. И жить хотел только с ней.

При подъезде к мосту Джорджа Вашингтона кортеж остановился. Патрульные машины штата Нью-Джерси уступили место бело-синим автомобилям нью-йоркского полицейского управления. Когда они пересекали мост, число вертолетов удвоилось.

— И все-таки это триумф! — воскликнула Синди. — Триумф Перино, а не Хардеманов.

— Общий, — возразил Анджело. — Поэтому за рулем Ван.

— Он сын Бетси, а не внук Лорена Третьего. Я не уверена, что он Хардеман.

— Это ты зря. Он, возможно, и ван Людвиг, но одновременно и Хардеман. Как и Бетси.

Синди пожала плечами.

До Выставочного центра они добирались кружным путем, чтобы как можно больше Нью-Йоркцев увидели новые «Э-стэльен» и «сандансер». Однако на них мало кто обращал внимание. Для большинства Нью-Йоркцев кортеж стал еще одной причиной пробок.

А вот с прессой никаких хлопот не было. Репортеры явились туда, куда их пригласили. Как только «Э-стэльен» и «сандансер» заняли отведенные им места в Выставочном центре (предполагалось, что демонстрация продлится неделю), засверкали фотовспышки, а репортеры, фотографы и телевизионщики облепили автомобили.

Четверо молодых людей могли сказать лишь то, что они неоднократно повторяли по ходу путешествия. Телевидение и газеты уже сообщили, что автомобиль идет легко, что ускоряется он быстро, что в кабине удобно, что запаса электроэнергии хватает с лихвой. Поэтому теперь репортеры пожелали с пристрастием допросить Анджело Перино.

— Когда этот автомобиль появится на рынке, мистер Перино?

Анджело шагнул к протянутым к нему микрофонам.