Читаем Мушкетеры полностью

Раздались быстрые шаги, и дверь распахнулась во всю ширину. В коридоре стоял баскетбольного роста человек с чёрными усами - не такими роскошными, как у мушкетера на двери, но всё же с настоящими усами. Не выразив удивления по поводу неожиданного визита в полуночный час, хозяин сделал приглашающий жест.

Пока Серёгин стаскивал с себя пальто, де Тарасюк с любопытством всматривался в его лицо и наконец произнес:

- Из дому выгнали или из газеты?

- Пока держат, - пробурчал Леонид. - Но скоро выгонят...

- За что? Опять написал, что турбину вращает электричество?

- Вот вызову тебя сейчас на дуэль, - мрачно пообещал Серёгин, - тогда будешь знать!

- Прекрасно!

Тарасюк вскочил на диван, снял со стены одну из висевших крест-накрест рапир, сделал выпад в сторону гостя и продекламировал:

Как небо - бархат голубой.

Горит, как солнце, сталь.

Эй, мушкетеры, кто со мной?

Скачи в Пале-Рояль!

Летит земля из-под копыт,

И плащ, как парус, бьёт.

И всё вокруг назад летит,

А мы - летим вперёд!

Он метнул рапиру в большой пробковый шар на тумбочке в углу комнаты, подкрутил усы и весело проговорил:

- Ну, брат, выкладывай, что за беды у тебя?

Вместо ответа Серёгин протянул ему тонкую пачку листов, сколотых скрепкой.

Тарасюк погрузился в чтение.

Первый раз он прочёл рукопись очень быстро и стоя. Второй раз - очень медленно и сидя. В третий раз он прочёл только конец, и притом вслух.

- "Всё изложенное выше позволяет сделать следующие выводы.

Первое. Обнаруженные нами особенности физических характеристик вещества саммилитов не позволяют отнести их ни к одному виду известных на Земле естественных или искусственных образований.

Второе. Допустимо предположение, что саммилиты представляют собой следы посещения нашей планеты разумными существами с другой звезды.

Третье. Настало время изъять вопрос о посещении нашей планеты посланцами иных космических цивилизаций из монопольного ведения сочинителей фантастических литературных произведений и приступить к систематическим поискам вымпела, который мог быть оставлен на Земле".

Тарасюк аккуратно положил рукопись на стол, лег на диван, положил ладони под затылок и принялся изучать потолок.

Через несколько минут он равнодушным тоном осведомился:

- Ты эту штуку сам выдумал?

- К сожалению, не сам. А что, задело?

- Докажи! - не отвечая на вопрос, всё тем же равнодушным тоном произнес Тарасюк.

- Пожалуйста!

Серёгин осторожно извлёк из кармана и положил на диван голубоватый каплевидный предмет. Тарасюк не торопясь поднялся, взял лупу и принялся рассматривать камень.

- И как эта штука называется? Саммилит?

Серёгин молча кивнул.

Тарасюк подошел к полке, достал одну из больших тёмно-синих книг, стоявших на самом верху.

- Смотри, смотри! - сказал Серегин. - Том двенадцатый, страница сто сорок шестая, между "Саммером" и "Самнитами" ни черта нет.

- Ты прав, - подтвердил Тарасюк, захлопывая книгу и ставя её на место. - И все-таки пришло время изъять этот вопрос из ведения сочинителей и приступить к поискам? Так, что ли?

- А ты как думаешь? - осторожно спросил Серегин.

- Что ж тут думать! - воскликнул Тарасюк. - Приступать так приступать!

Он стащил с полки ещё одну книгу и, перелистав с десяток страниц, протянул её Серёгину:

- Читай!

Леонид прочёл:

- "Саммили - оазис в Аравийской пустыне, в двухстах милях от Хирбетского нагорья. Расположен в необитаемой местности. Высота - 800 метров над уровнем моря. Климат континентальный. Дороги отсутствуют. Достопримечательности отсутствуют. Известен находкой предметов, относимых учёными к изделиям стекольного производства древних народов".

- Понял? - Тарасюк выразительно посмотрел на друга. - Книжка-то 1923 года. Пока что всё сходится... Постой, постой! Как там написано - "в двухстах милях от Хирбетского нагорья"? Тот самый Хирбет!

- Какой тот самый? - недоумевающе протянул Серёгин.

- Если не считать работников справочных бюро, то самые неосведомлённые люди на земле - журналисты, - отметил Тарасюк.

- А все-таки?

- Неделю назад одна французская газета опубликовала фотокопию пергаментного свитка, недавно найденного близ Хирбета. В свитке упоминается Христос. А рукопись - второго века до нашей эры. Понятно?

Серёгин помотал головой.

- А я думал, наша эра начинается со дня рождения этой мифической личности...

- Правильно думал! - подтвердил Тарасюк.

- Как же может человек появиться на свет до своего рождения?

- Действительно, странно. Не ты один - весь мир удивляется...

- А у тебя не завалялась случайно эта газетка?

- Чего нет, того нет. Мне ведь, сам понимаешь, что бог-отец, что бог-сын одна сатана... Сам факт интересен. В наше время найти такую древнюю рукопись... Хотел бы я побывать в этом Хирбете!

Тарасюк схватил стул, водрузил на него табуретку, придвинул всё сооружение к двери и полез наверх - на антресоли.

Серёгину не оставалось ничего другого, как ухватиться за табуретку и поддерживать всю пирамиду как можно лучше, пока ноги Тарасюка не исчезли среди концов лыжных палок, альпенштоков и каких-то ящиков.