Читаем Мунфлит полностью

Завещавший особо просил нотариуса отметить, что молит Джона Тренчарда о прощении, если в чем-то нанес ему ущерб. Спустя три месяца после того, как была оформлена его последняя воля, Алдобранд скончался, и получилось удачно, по мнению автора письма, что документ о наследстве завещатель оформил заранее, ибо позже старика охватило явное помутнение разума. Он оказался во власти навязчивой идеи, будто бы Джоном Тренчардом наложено на бриллиант проклятие, суть которого заключалась в том, что любого, владеющего этим камнем, настигнет несчастье и воздействие оного проклятия Алдобранд, по его уверениям, испытал на себе в полной мере. Стоило ему заснуть, как он погружался во мрак повторяющегося кошмара. Сквозь занавес балдахина проникал к нему высокий человек со смуглым лицом и черной бородой и принимался на все лады над ним измываться.

Пребывая в таком состоянии, мистер Алдобранд дошел до своего последнего часа, после чего герром Роостеном и было во исполнение воли покойного отослано письмо Джону Тренчарду в Дорсет. О более точном местонахождении адресата ювелир обещал сообщить нотариусу позже, но постоянно оттягивал этот момент, видимо, еще надеясь на выздоровление, после которого распорядится своим имуществом как-нибудь совсем по-другому.

Письмо из Дорсета вернулось обратно к нотариусу с сопроводительным пояснением, что Джон Тренчард бежал из Мунфлита, скрываясь от преследования по закону, и местонахождение его неизвестно. Тогда герр Роостен и отослал его викарию мунфлитской церкви.

Вот вкратце все, что прочел мне тогда мистер Гленни, и, думаю, нетрудно представить себе, сколь я был поражен. Какие шаги предпринять? Как разумнее себя повести? За обсуждением этого мы засиделись до ночи. С момента отсылки письма прошло целых восемь лет. Что, если нотариус, не получив ответа, успел по-другому распорядиться имуществом ювелира? Пробило полночь, а мы с мистером Гленни все думали да гадали. Свеча давно догорела, но огонь в очаге был еще ярок. Мистер Гленни, приблизившись к Элзевиру, опустился возле него на колени.

– Он почил славною смертью, Джон, – произнес он, вставая. – Можно только молиться, чтобы мы сами покинули этот мир во имя столь же достойной цели. Час смерти даже для самых лучших из нас ужасен, и, богаты мы или бедны, главное, заботиться о путях, ведущих в мир вечный. Богатство, возможно, после всех твоих мытарств к тебе придет. Так используй его во благо. Мне не очень-то верится в глупые россказни про наложенное полковником Моуном проклятие, но я убежден в другом. Раз он хотел завещать это сокровище для добрых целей, будет дурно распорядиться им по-другому. Ну а теперь до свидания и запомни: у тебя уже есть сокровище, ценность которого превосходит все злато и драгоценные камни мира. Это любовь замечательной женщины. Было дано такое и мне, – тихо добавил он, уже покидая меня.

Я догадался, что, пока лежал в дреме у очага, мистер Гленни успел повстречаться и поговорить с Грейс. Смерть Элзевира по-прежнему сокрушала меня, однако теперь я уже не чувствовал себя всеми покинутым и навеки лишенным надежды на будущее.

* * *