Читаем Мумия блондинки полностью

— Нет, так я не думаю. Но когда она стала ежедневно получать письма, иллюзии стали казаться ей все более и более реальными. Ей очень хотелось, чтобы Хаднатт влюбился в нее, и уже легко стало внушить себе, что так оно и есть. В конце конце, он был женатым мужчиной и, несомненно, порядочным. Даже если бы он увлекся ею, его положение не позволило бы ему показать это. Может, он когда-то улыбнулся ей, может, похвалил за удачный ответ. Так или иначе, раз подобная мысль пришла ей в голову, Грейс стала расценивать обычные знаки вежливости как проявление восхищения с его стороны и тайной влюбленности.

Вот так мне это представляется. Грейс обманывала себя. И в то злосчастное утро последовала за ним в каменоломню. Возможно, они впервые оказались наедине. Грейс вообразила, что дала ему идеальную возможность признаться ей в любви. Конечно, доктор Хаднатт был ошеломлен. Разочарование разозлило ее, она наговорила ему дерзостей, обвинила в придирках, закатила истерику. Хаднатт растерялся. Когда же ему удалось ее немного успокоить, он что-то пробормотал о том, что они встретятся и поговорят в театре,— и поспешно ретировался.

Поймите, к этому времени фантазии стали самым главным в ее жизни. Грейс готова была ухватиться за чт о угодно, лишь бы спасти свою мечту, а Хаднатт протянул ей соломинку, сказав про встречу в театре. Ей этого страшно хотелось, и она истолковала его слова по-своему: Хаднатт назначил ей свидание, а уж там он с ней объяснится!

Я поняла.

— Тогда, вернувшись, она и написала свое последнее заказное письмо?

Трент кивнул.

— Некоторые строчки из него и послужили нам ключом к разгадке. Письма придавали реальность грезам Грейс. Она написала именно такое письмо, какое мечтала получить от Хаднатта. В нем он якобы молил ее о прощении за свое поведение в карьере. Обещал, что в театре все будет иначе. Чтобы подбодрить себя, она написала, что он считает ее гораздо привлекательнее Нормы. Остальное вы знаете.

Трент обратился к Джерри:

— Вата сестра отказалась от вечеринки в «Эмбер-клубе» и отправилась в театр — на встречу с Робертом Хаднаттом, как она считала. Надела свое лучшее платье, впервые в жизни подкрасилась, одолжила у Ли меховую шубку. Этот вечер должен был стать для нее великим. Но стоило ей войти в театр, как на нее обрушился первый удар. Ли сообщила, что и миссис Хаднатт здесь. Что осталось от мечты о романтическом свидании? Наверное, вы представляете себе ее переживания и негодование по поводу «предательства» доктора Хаднатта. В первый же антракт она вышла в фойе, решив поставить все точки над «i» раз и навсегда. Грейс нашла Роберта и устроила ему сцену.

Сегодня утром я еще раз беседовал с Хаднаттом. Он откровенно и подробно рассказал, что произошло тогда в театре. Грейс обвинила его в том, что он намеренно заставил ее в него влюбиться. Он. конечно, ужаснулся. Если бы он больше общался с девицами, то смог бы ослабить удар. Но он прямо заявил, что и в мыслях не имел ничего подобного, тем самым разбив ее мечту.

Полагаю, все мы достаточно хорошо знаем теперь Грейс и догадываемся, как она реагировала. Она не прощала никому и малейших обид, а на этот раз была смертельно оскорблена. Конечно, Хаднатт не был в этом виноват, но это только обостряло ситуацию.

Когда она гостила у Виллеров в Балтиморе, то узнала о неприятностях Хаднатта в Калифорнии. И теперь пригрозила ему рассказать обо всем его жене и вообще погубить его. Ей хотелось, чтобы он страдал так же сильно, как она.

Лейтенант обратился к Джерри:

— Мне не хотелось бы говорить так о вашей сестре, но, поскольку нам нужно во всем разобраться, я решил, что будет лучше, если вы первым об этом узнаете.

— Конечно, я понимаю,— едва слышно прошептал Джерри.

— Я хочу, чтобы вы подумали еще кое о чем. Не один Хаднатт нанес ей удар в тот вечер, Кроме Ли, она действительно любила только вас, Джерри, но вы предложили Норме значок своего землячества. Норме — девушке, которую Г рейс ненавидела! Она решила, что и вы переметнулись в стан врагов. Начало второго акта «Федры»— это самые горькие минуты в жизни Грейс. Она потеряла все, что было ей дорого. Думаю, именно тогда она и приняла решение. Это был очень странный план, но, по-моему, он вполне соответствовал ее характеру. И, решившись, она осуществляла его с завидной последовательностью.

Все, что произошло дальше, подтверждает это, если рассуждать логично. Грейс написала письма. Одно — вам, Джерри, второе — миссис Хаднатт и третье — Ли Ловеринг. Его я вчера нашел под подкладкой шубки Ли. Грейс была из тех, кто прибегает к письмам для самовыражения. У нее была единственная цель: сделать всех своих обидчиков такими же несчастными, как она сама.