Читаем Мучин крест полностью

- Не перебивай! Слушай! - непривычно жёстко остановила Евдокия своего хозяина.

Григорий стушевался, оробел от столь наглого поведения.

- Слушай, Григорий, что тебе говорят!

Не сказала - приказ отдала.

Обстановка в доме казалась обычной. Только и удивляло, что отсутствие икон.

А то, что всё как-то неряшливо, так это верно из-за отсутствия женской руки. Сам хозяин тоже особого впечатления не производил - невзрачный бельмоватый мужичок, неопределенного возраста. Такой по улице мимо пройдёт - и не заметишь.

- Дело твое щепетильное, - глядя прямо в глаза, сказал мужичонка. - Как бы опосля ты разворот не дал... подстраховаться бы мне следовало, сам должен понимать. Я, как бы это сказать, всё-таки, какой-никакой, а «исполнитель заказа».

Зазвучали малиновым звоном колокола Богородицкой церкви, лицо хозяина перекосилось, словно от мучительной внутренней боли, или, как это бывает - когда скребут гвоздём по стеклу. В помещении тут же запахло жжёной серой. Бельмоватый несколько раз глубоко вздохнул полной грудью, казалось, от этого запаха ему стало намного лучше:

- Не в детские игрушки играем, Гриша, полдела и ты должен сработать. По крайней мере, обещаю - с моей стороны всё будет исполнено гладко, комар носа не подточит.

Григорий усилием воли заставил себя припомнить те ночные фантазии про Настенины перси и жало купчишкина сына. Нахлынула злоба, сразу стало легче.

- Хорошо... Говори, что нужно сделать?

Он уже прекрасно осознал, о каком «договоре» идёт речь, но злая ревность, гнев и обида взяли верх над здравым смыслом.

Хозяин довольно крякнул, поставил перед ним на стол глиняную чашу, рядом положил острозаточенный якутский нож:

- Плесни сюда своей крови!

Отвернув рукав, Григорий, не сомневаясь более, полоснул ножом по тыльной стороне ладони. В чашу полилась кровь.

- Достаточно, не усердствуй, много не нужно.

Евдокия тут же перевязала ладонь невесть откуда взявшейся чистой тряпицей. Знала об этом зловещем ритуале, наверняка загодя и приготовила.

- Сегодня же присмотришь на погосте «Мучин крест» свежую могилу без креста на надгробии, с вечера наберёшь в любой церкви святую воду и в полночь жди меня у западного входа на кладбище.

- На «Мучином кресте»? - уточнил Григорий. Хозяин недовольно зыркнул на него своим бельмом.

- Я неясно выразился?

- Понял, сделаю.

- Не забудь взять с собой лопату.

- Зачем?

- Там увидишь...

«Мучин крест».

Кладбище для захоронения воров, насильников, самоубийц и нищебродов пользовалось в городе дурной славой; люди и днём-то старались обходить его стороной, а уж ночью тем паче. Когда-то, говорят, там был мученически убит и распят на перевёрнутом кресте припозднившийся беспечный прохожий. Отсюда и пошло название погоста. Полиция, говорили, так и не смогла найти преступников.

Крестов на могилах там было мало - заботиться о покое усопших чаще всего оказывалось некому.

Однако же свежая могила нашлась сразу - судя по выцарапанным на деревянной дощечке словам, в ней покоился мужчина сорока лет. От чего он умер - неизвестно. Запомнив место, Григорий направился в Никольскую церковь за святой водой и сразу домой.

Долгое состояние крайнего возбуждения и ожидание близкой развязки дали о себе знать: в животе ощущался неприятный холодный ком, как во время массированного вражеского артобстрела тяжёлыми орудиями, когда при близких разрывах снарядов всё тело сковывал животный страх, и хотелось забиться как можно глубже в землю. При этом, осознавая, что в случае чего и земля не поможет выжить.

В знойном июльском воздухе явно чувствовался запах горелой серы, этот запах преследовал Гришу повсюду.

Глаз сам собой подмечал плохие приметы и всякую чертовщину. Верный дворовый пёс при виде возвращающегося молодого хозяина заскулил, поджал хвост и забился в конуру, чего раньше с ним никогда не бывало. Ладонь, которую резал, чтобы скрепить договор кровью, враз зажила - на ней остался только чистый розовый шрамик.

Дождавшись, когда домочадцы уснут, Григорий взял лопату, склянку со святой водой и направился в сторону «Мучина креста». Выходя из дома, отставной прапорщик прихватил с собой наган. Случись что, он никому не позволит дать себя в обиду.

Прежде чем сунуть под рубаху, откинул барабан, вытряхнул на ладонь и придирчиво перебрал пальцами все семь патронов-близнецов.

Пока шагал, думы ни на секунду не оставляли его. Чем ближе погост, тем тревожнее становилось на душе. Григорий тщетно силился понять, как это он только позволил втянуть себя в авантюру, попахивавшую глупейшей средневековой дикостью. Но обратной дороги уже не было: отказ от «договора» означал бы поруганную честь.

В полночь к воротам подошёл «исполнитель»:

- Показывай!

Григорий без слов привёл его прямиком к могиле:

- Здесь...

Бельмастый одобрительно поцокал языком.

- Ну, коль сыскал... копай!