Читаем Мучимые ересями полностью

Вытащить их обоих из лагеря оказалось гораздо проще, чем, по крайней мере, предполагал Кайлеб. Конечно, то была не его вина, что он переоценил трудности; в отличие от Мерлина, он не знал о таких вещах, как портативные голографические проекторы. Как и умное покрытие скиммера, проектор, привязанный к ремню Мерлина, лучше всего работал в условиях неоптимальной видимости, но им повезло с дождевыми облаками, которые надвинулись ближе к вечеру. Дождь шёл не очень сильно, но туман от него уменьшил видимость и помог им двоим слиться с фоном достаточно хорошо, чтобы они смогли начать движение значительно раньше и задолго до того, как наступила полная темнота.

Учитывая разницу во времени, выходить раньше не имело особого смысла. Девятнадцать часов в Корисанде было только тринадцатью часами в Теллесберге, но Мерлин всё равно был счастлив, что у него появилось дополнительное время. Это означало, что на этот раз им не придётся лететь на высоких числах Маха, что было хорошо, поскольку не было никаких удобных гроз, готовых скрыть звуковой удар, и раз он не будет лететь так быстро, то ему не придётся беспокоиться о том, что температура обшивки скиммера будет измерена какими-нибудь орбитальными датчиками, которые ему не принадлежали. А ещё он предпочёл бы прибыть на место немного пораньше, если бы мог. Он всегда мог провести время, кружа высоко над Теллесбергом, так, чтобы никто не мог увидеть их с земли, и чем раньше он сможет посадить их обоих на балконе Шарлиен, тем лучше.

Когда Кайлеб увидел скиммер, он довольно сильно напомнил Мерлину младшего брата императора. На самом деле, если Мерлин хотел быть точным, он выглядел даже моложе кронпринца Жана, когда Сыч перевёл машину в плавное парение и отключил функции маскировки.

— О боже! — пробормотал император, наблюдая широко раскрытыми глазами, как скиммер внезапно появился в поле зрения и мягко опустился на кучу из мёртвых листьев, устилавший лесную поляну в двух милях от периметра его лагеря.

Его очевидный восторг заставил Мерлина взглянуть свежим взглядом на утончённую, изящную грациозность скиммера, хотя он с трудом мог себе представить, как его зализанные грани и широкие крылья должны выглядеть для человека, который не вырос во вселенной высоких технологий. Реакция Кайлеба так сильно подчеркнула огромную пропасть между жизненным опытом Нимуэ Албан и его собственным, как ещё не было за время пребывания Мерлина на Сэйфхолде.

Император проследил, как откинулся фонарь кабины и выдвинулся посадочный трап, а затем с небольшой опаской взобрался по нему под присмотром Мерлина. Он устроился на заднем пилотском кресле, и каким-то образом ему удалось не выпрыгнуть из него, пока его поверхность двигалась под ним, приспосабливаясь к контурам его тела. Хотя, к счастью, Мерлин и предупредил его о том, что произойдёт, но его удивление всё равно было очевидным.

Мерлин терпеливо показал ему разные дисплеи. При этом, даже не потрудившись предупредить Кайлеба, чтобы тот не трогал ничего, что ему специально не разрешалось трогать. Во-первых, потому что Кайлеб был достаточно умён, чтобы не делать ничего подобного. Во-вторых, потому что Мерлин перевёл всё управление полётом на переднюю часть кабины. Он показал императору, как перенастроить его визуальные дисплеи так, чтобы он мог направлять оптический блок скиммера туда, куда хотел, и первые тридцать или сорок минут полёта Кайлеб провёл, восхищённо поворачивая сканер и увеличивая масштаб изображения земли, океана и островов под ними.

Так же он провёл эти тридцать-сорок минут, болтая обо всём, что мог увидеть с высоты чуть более шестидесяти пяти тысяч футов. Но затем, наконец, он пришёл в себя.

— Так вот что Лангхорн и остальные отняли у всех нас, — тихо произнёс он, наконец снова усаживаясь на своё сиденье.

— Это лишь часть того, что они у тебя отняли, — мягко поправил Мерлин. — Поверь мне, Кайлеб. Как бы захватывающе и ново всё это ни было для тебя, это едва ли поцарапает поверхность того, что Шань-вэй хотела вернуть твоим предкам. О, Лангхорн и планировщики миссии были правы в одном — в течение примерно первых трёх столетий они должны были похоронить любую память об инфраструктуре, которая могла бы произвести что-то наподобие этого скиммера. Встроенные в него системы маскировки и тот факт, что его сигнатура будет настолько крошечной и трудно уловимой в любом случае, означали, что они могли бы управлять, по крайней мере, некоторыми подобными транспортными средствами, не рискуя ничем, что Гбаба могли бы обнаружить, не проводя детального поиска в атмосфере. А если бы они подобрались достаточно близко, чтобы проводить поиск в атмосфере, уже не имело бы значения, обладал ли Сэйфхолд передовыми технологиями или нет.