Читаем Мрачная девушка полностью

– Доброе утро, господин адвокат. Говорит Драмм. Я обдумал ваше предложение об эксперименте и проверке зрения Дона Грейвса и решил согласиться на его проведение в абсолютно идентичных условиях. Я попрошу у Суда отсрочки для подобного эксперимента. Я подумал, что лично дам вам заранее об этом знать.

– Очень мило с вашей стороны.

– Не стоит благодарности, – рявкнул Драмм.

Мейсон расхохотался.

– Я имел в виду, что сообщили мне.

– О! – только и мог сказать Драмм.

– У вас есть какие-нибудь определенные планы?

– Я объявлю о них в зале суда. Всего хорошего.

Мейсон все еще посмеивался, вешая трубку. Он нажал на кнопку, чтобы вызвать к себе Фрэнка Эверли.

– Фрэнк, – обратился к нему адвокат, – сегодня утром Суд примет решение об отсрочке слушания дела для проведения эксперимента. Я не собираюсь идти в зал суда, сходи ты и выступи со стороны защиты. Это формальность. Драмм, несомненно уже разработал какую-то схему проведения эксперимента и попытается как можно скорее выбить из тебя согласие, пока ты находишься в зале суда перед присяжными. Просто заяви, что я послал тебя, как своего представителя, чтобы согласиться на отсрочку, но у тебя нет полномочий договариваться об условиях, при которых должен проводиться эксперимент. В таком случае ему потребуется связаться со мной и обсудить их, когда мы _н_е_ будем перед присяжными.

Фрэн Эверли одобрительно кивнул. В его глазах светилось восхищение.

– Вы все-таки вынудили его, не так ли?

– Не знаю. Он сказал «да». Я только этого и хотел. Меня не интересует, _п_о_ч_е_м_у_ он согласился.

– И, посылая меня, вы избегаете спора о деталях перед присяжными?

– Вот именно. Объясни Драмму, что во второй половине дня я планирую быть в у себя в кабинете и готов обсудить с ним все условия. Или я встречусь с ним в обоюдно приемлемом месте. Сообщай это с искренним и честным видом. Присяжные будут пристально следить за тобой, а в газетах и так уже слишком много рассуждают, что веду себя, как старый лис.

– Будет сделано, шеф, – заверил его Эверли и полный энтузиазма, с раскрасневшимся лицом вылетел из кабинета.

Мейсон позвонил Харри Неверсу.

– Хотел дать тебе знать, – сообщил адвокат. – Мне только что звонил Клод Драмм и поставил в известность, что на сегодняшнем утреннем заседании он попросит отсрочку для проведения эксперимента.

Голос Харри Неверса, как обычно, звучал монотонно и услало:

– Я сам собирался тебе звонить. Люди окружного прокурора приготовили тебе еще один подарочек. Они представят разработанную ими схему перед присяжными, она тебе совсем не понравится, но перед присяжными ты не осмелишься ее оспаривать.

– Не беспокойся, я уже это предусмотрел. Я даже не появлюсь в зале суда. Я послал туда своего помощника. У него нет полномочий оговаривать условия эксперимента.

Харри Неверс расхохотался.

– Вот это на тебя похоже. А Суд допустит проведение эксперимента?

– Я думаю, что Суд не будет выносить никакого решения по этому вопросу. Он просто предоставит отсрочку. Мы проведем эксперимент, а в понедельник свидетели будут давать показания о том, как все происходило.

– Когда ты собираешься обсуждать условия?

– Возможно, сразу же по завершении утреннего заседания. Драмм сам со мной свяжется. Я позвонил, чтобы сообщить тебе, что, конечно, не могу контролировать то, что намеревается заявлять прессе окружная прокуратура, но от меня ты получишь эксклюзивное интервью, как только я достигну соглашения с Клодом Драммом об условиях проведения эксперимента.

Харри Неверс опять усмехнулся в трубку.

– Мне кажется, что я не зря заставил фотографа сделать пару твоих снимков в кабинете. Мне почему-то думается, что мы напечатаем их или во во вторник утром, или в понедельник вечером.

– У меня есть к тебе еще одна просьба, – сказал Мейсон.

– Слушай, а они у тебя хоть когда-нибудь заканчиваются? поинтересовался репортер.

– Да, – ответил Мейсон. – Просьба очень простая.

– Ладно, выкладывай.

– Я собираюсь организовать все таким образом, что бы мы с Драммом сидели внизу в автомобиле, а Грейвс остался наверху. Мы его вызовем определенным сигналом. Когда мы дадим этот сигнал, я хочу, чтобы ты каким-то образом задержал Грейвса в кабинете Нортона.

– Как долго?

– Сколько сможешь.

– И какой в этом смысл?

– Я хочу немного сбить его с толку.

– Эту птичку не очень-то собьешь. Он хитер, как лис.

– Он так считает, но, тем не менее, можно попытаться его немножко потеребить. Предложи ему что-нибудь так, что он будет вынужден задержаться, а потом обратиться за помощью к заместителю окружного прокурора.

– Теперь у меня возникли подозрения, – заметил Неверс.

– Если ты сделаешь то, что я прошу, – ответил Мейсон, – то в дальнейшем я окажу тебе услугу и ты сможешь спокойно заявлять, что участвовал в завершающей стадии дела.

– Не уверен, что хочу в ней участвовать. Иногда они уже не так интересны.

– Всю ответственность я возьму на себя. Ты разделишь славу и заслуги.

– Я думаю, мне стоит заглянуть к тебе в офис и поподробней обсудить это дело.

– Я знал, что ты не забудешь, – усмехнулся Мейсон.

– Не забуду что? – в голосе Неверса опять послышалось подозрение.