Читаем Мосты (ЛП) полностью

Скалли сверила с доктором Йохансоном еще несколько деталей предварительного отчета, осматривая возникшие вследствие аварии повреждения, оценивая общее состояние здоровья жертвы и ее внутренние органы – она читала историю жизни человека, написанную на свитке из плоти и костей.

Когда они наконец распрощались и вернулись к машине, Скалли вновь подошла к водительскому сиденью и обратилась к Малдеру поверх крыши:

– YouTube, Малдер? Ты нашел дело в YouTube?

Малдер ответил легкой снисходительной улыбкой и честно признался:

– Я наткнулся на нечто представляющее интерес, навел справки, а потом связался с местной полицией. Шериф Астер оказался весьма благодарен за мой интерес к этому делу. Его беспокоят распространяющиеся слухи об угрозе, и он толком не знает, как действовать в данной ситуации. Сторонняя помощь пришлась ему как нельзя кстати.

Она какое-то время наблюдала за ним поверх машины, щурясь в лучах закатывающегося за здание солнца. В конце концов она слегка кивнула и просто ответила:

- Хорошо.

Малдер задумался над тем, а не стоит ли упомянуть свидетельства очевидцев о недавней активности НЛО в здешних краях, но решил довольствоваться одной победой за раз.

***

Горная гряда «Орган Маунтинс» высилась на горизонте на востоке; ее пики окрашивались в цвет красного золота лучами солнца на западе, когда оно оказалось на одном с ними уровне. Будучи жителем восточного побережья по натуре и воспитанию, Малдер всегда поражался широким просторам юго-запада. Открытая местность была, бесспорно, красивой, хотя и немного дезориентирующей. В таких пустынных и кажущихся бесконечными пространствах представление о преодоленном расстоянии может быть несколько сбивающим с толку. Он часто думал, что жизнь в местах вроде Вирджинии, где деревья росли вертикально и вплотную другу к другу, должна была казаться невыносимо клаустрофобной тому, кто вырос в пустыне – словно жизнь в лабиринте для крыс с высокими стенами. Малдер, хотя и по достоинству оценивал естественную эстетику пустыни, чувствовал себя так, словно падал в месте, где не за что держаться и негде спрятаться. Может, все дело было во второй проблеме: Малдер всю свою взрослую жизнь нуждался в местах, где можно было бы спрятаться.

Его удивляло то, как уютно Скалли себя чувствовала в подобном климате. Скалли любила окапываться. Она зарывалась в кокон из одеял, выбирала кровать ближе к углу комнаты и любила сиденья у окна в ночных перелетах, где могла укрыться со всех сторон. И все же пустыня словно бы взывала к ней так, как ему было не понять.

– Где бы ты хотела жить, Скалли? – без предисловий спросил он.

– Хм-м? – Она перевела на него взгляд, но он не мог прочитать выражение ее глаз за очками Гуччи (он, кстати, затруднялся припомнить, с каких пор она стала их носить). Впрочем, судя по тону, ее мысли витали где-то далеко.

– Если бы ты могла жить где угодно, если бы твое местожительство не зависело бы от работы. Где бы ты хотела жить?

Скалли слегка переместилась, положив правую руку на руль, а левой упершись в стекло. Казалось, она вполне серьезно размышляла над его вопросом, и это была одна из тех вещей, достигнутых ими за многие годы, которые он особенно любил: она больше потворствовала ему, больше слушала. Ему не приходилось бороться за возможность узнать, что у нее на самом деле на уме.

– Два года назад я бы сказала, что хочу жить поблизости от матери. Но сейчас… у меня нет семьи, привязывающей меня к Округу Колумбия. Все дело только в работе. Ну, и паре друзей, видеться с которыми у меня все равно нет времени.

Малдер молча кивнул, позволяя ей развивать свою мысль.

– Полагаю… я бы переехала куда-нибудь в теплые края, – продолжила она. – Но хотела бы оказаться поблизости от воды. Я люблю пустыню, но… я выросла у моря. И кажется… странным… находиться так далеко от берега. Словно я не могу… – она издала короткий смущенный смешок, который был так бесценно редок, что у Малдера потеплело на душе, – … не могу… сбежать или вроде того. Не знаю, это звучит глупо. Не знаю, куда бы я отправилась.

– Нет, это не глупо, я понял. Я как раз думал, что предпочитаю местность, плотно засаженную деревьями, потому что мне нужно место, чтобы прятаться, а эта открытость, – он указал на просторы, раскинувшиеся вокруг них, – кажется предательски изобличающей. И словно бы я упаду, если не смогу удержаться за дерево.

Скалли издала снисходительный смешок, не отрывая глаз от дороги, раскинувшейся далеко вперед.

– Это заметно, – тихо заметила она.

В течение нескольких минут они ехали в уютной тишине, делая примерно 80 миль в час, но потом Скалли продолжила, обращаясь к горизонту:

– Может, Нью-Орлеан. Это красивый город со старинной и элегантной архитектурой. И мне нравится его гибкость. Словно… жители продолжают покупать постер «Я хочу верить», высушивают документы и настаивают на том, что могут отстроиться снова.

«Черт, Скалли. Ты и вправду не перестаешь меня удивлять».

– Думаешь, ты смогла бы примириться с насекомыми? – спросил Малдер.

Скалли пожала плечами.