— То есть? — Тут уже я не смог скрыть удивления.

— Он хочет, чтобы ты был старшим…

— Бригадиром?

— Да. Сейчас пока у него работает одна бригада. В июне будет две. А в период уборки на двух его фармах трудится до четырех бригад.

— И он мне предлагает поработать бригадиром? — изумленно переспросил я. — Но…

— Триста пятьдесят фунтов в неделю, — сказал Джито. — Это пока… Начиная с середины июня — пятьсот и более.

«Опять ты жульничаешь, Джито, — подумал я, вспомнив о тех сведениях, что почерпнул из тетради под названием «ФАРМ». — Бригадир на фарме получает как минимум пятьсот паундов в неделю. Это весной. А в разгар сезона — до тысячи…»

Естественно, я не стал говорить этого вслух, а сказал другое:

— Джито, передай мистеру фермеру, что я благодарю его за внимание и сделанное им предложение.

— И?..

— В ближайшие несколько дней я хотел бы поработать на пакгаузе. А потом мы вернемся к этому разговору, ладно?

Джито шумно вздохнул.

— Okay, Arthur.

— На фруктовом пакгаузе, — уточнил я. — Моя жена будет работать теперь там же… если ты, конечно, не против, дорогой босс.

ГЛАВА 29

День 39-й.

Рабочий на каре доставил из транспортной зоны очередную паллету, груженную упаковками с персиками. Беру инструмент; при помощи кусачек освобождаю «куб» от пластиковых стяжек. Взрезаю в двух местах ножом полупрозрачный пластик, и тут же выверенным движением, действуя обеими руками, стягиваю защитное покрытие вниз — так опытный охотник, свежуя добычу, сдирает с нее шкуру.

Получив доступ к верхнему ряду, снимаю первый ящик. Мельком бросаю взгляд на маркировку; сверху имеется наклейка, на которой указаны производитель (Spain), класс — I, дата поступления, название торговой сети, для которой предназначалась данная продукция и дата конечного срока реализации. Здесь же нанесен штрих-код, под которым реализовывалась данная продукция. И, наконец, имеется еще один код, состоящий из четырех цифр: он указывает на конкретное место, где производилась фасовка: это наш фруктовый пакгауз, расположенный между Фархемом (Fareham) и Госпортом (Gosport).

В графе «срок реализации» указана сегодняшняя дата — 18 мая.

Нетто-вес составляет тридцать два фунта, это примерно пятнадцать килограммов. Внутри ящика из твердого картона, сложенные в два ряда, двадцать пластиковых упаковок, затянутых в сеточку; в каждой из них по восемь штук персиков.

Ставлю ящик на грузовую полку рядом с лентой конвейера. Слегка нажимаю пальцами по центру упаковки, затем отработанным до автоматизма движением вскрываю сложенные внахлест верхние клапана тары. Наклоняю ящик, и, особо не церемонясь с его содержимым, вываливаю упаковки на движущуюся ленту.

С двух сторон начавшей свое движение ленты — на той дистанции, то отделяет нас от упаковочного агрегата — поставлены по паре работников. Те двое, что ближе ко мне, разрезают ножами с короткими двухдюймовыми лезвиями сеточки, в которые затянуты упаковки с фруктами. Использованные пластиковые упаковки и разрезанные сетки они бросают под ноги, на пол (по окончании процесса перефасовки мы уберем весь этот мусор в большой открытый короб). Расположившиеся за ними двое арбайтеров перебирают выложенную из упаковок на ленту продукцию, отделяя зерна от плевел — то бишь, сортируя поток персиков с желтой мякотью «apricotees» на «кондицию» и отходы.

Далее те фрукты, которые прошли наш ОТК, — а наши работники определяют «классность» отчасти вручную, выхватывая тот или иной подозрительный фрукт, отчасти на глазок — подаются лентой в приемное отделение фасовочной машины. На другой стороне линии стоят еще четверо работников. Один поставлен на тару — он делает из сложенных заготовок картонные ящики. Двое раскладывают в выставляемые им свежие картонки перефасованные упаковки, на которых, на обвязке, нашлепнуты ярлычки с «перебитыми» датами: с измененными против прежних датой поступления в розницу и сроком хранения. Четвертый — как правило, это мужчина — наклеивает на верхний клапан картонной тары новый «стикер» с измененными данными, а затем ставит упаковку на паллету.

Когда мы закончим, перефасованную партию погрузят на ожидающий у грузовой рампы трак; ну а тот отвезет партию «свежих фруктов» с выправленными накладными на оптовый склад или непосредственно в один из гипермаркетов розничной сети.

Если строго следовать местному законодательству и всем санитарным нормам, эта партия фруктов, которую одна из крупнейших торговых сетей не успела реализовать до истечения срока годности, должна была за сутки до этого реализовываться уже как продукция II класса. То есть, за полцены (в лучшем случае). Но кое-кто не хочет терять деньги; поэтому мы перефасовываем слегка подгнивший товар, с тем, чтобы, наипав местного потребителя, всучить ему фактически некондицию по цене первоклассного продукта.

И такое отношение к потребителю — как я успел убедиться, поработав на двух пакгаузах — вряд ли является здесь чем-то из ряда вон выходящим.

Работают две линии: на одной спасают партию залежавшихся peaches, на другой сортируют и переупаковывают привезенную около полудня партию груш.