Читаем Мост Её Величества полностью

Arthur застыл у панорамного окна гостиничного номера, расположенного на втором этаже Thistle London Heathrow Hotel. Выражение лица у довольно немолодого уже, но сохранившего осанку, ясность ума и крепость духа мужчины было отсутствующим; его мысли витали где-то далеко.

О поверхность оконного стекла, об эту тонкую прозрачную перегородку, отделяющую наблюдателя от внешней среды, плющатся тяжелые дождевые капли. В Лондоне обычная для октября погода: дождливо, ветрено, туманно, сыро. Темно-серые ноздреватые тучи порой так низко нависают над свинцовой Темзой и городскими кварталами, что высотные здания, вроде пирамидальной формы башни The Shard, кажутся скрепами, мостками между небом и землей.

В глубине номера, в кресле, развернутом к окну, восседает женщина — спутница, жена, главный критик, лучший друг, муза, Tanija. На ней брючный костюм цвета морской волны. Под пиджак одета белоснежная блузка. На груди брошь с оправленным в белое золото солнечным камнем — янтарём. На ленточке — носимая карточка участника семинара — с чипом и тисненным изображением carduus acanthoides, «чертополоха колючего».

Время, определенно, не властно над этой женщиной; дама относится к тому типу людей, которые наделены особой энергией, магнетизмом, и остаются привлекательными в любом возрасте. На губах играет легкая — и странная — улыбка. Она тоже хранит молчание, но молчание её не тягостно, отнюдь; скорее, мечтательно-задумчивое. Взгляд её карих, с удлиненным разрезом глаз — гладя в них, невольно вспоминаешь слова, адресованные остальному миру русским гением — «Да, скифы — мы! Да, азиаты — мы, с раскосыми и жадными глазами…» — устремлён в какие-то ведомые лишь ей дали и пространства.

Эти двое прилетели в Лондон — на семинар — загодя, еще в четверг, три дня назад. Многое должно было поменяться в окружающем мире, и довольно существенно, прежде, чем такая поездка стала возможной. И вот, они в сердце Великобритании, в Лондоне — после всего, что с ними когда-то произошло.

Разве это не чудо?

На журнальном столике — поверх вчерашнего номера газеты The Guardian — лежит вскрытый почтовый конверт. В конверте письмо от организаторов нынешнего мероприятия, а также две именные карточки с изображением carduus acanthoides. Это шестое по счету приглашение — предыдущие пять Arthur вынужден был отклонить по одной лишь, но веской причине: он сам и его супруга с некоторых пор стали «персонами нон грата» в Великобритании.

Интерес к автору, известному до поры лишь в России, да и то среди определенного сегмента читающей публики, возник не вдруг, и не на ровном месте. Первая волна интереса появилась после публикации ряда заметок, объединенных в цикл «Проект «Дэн Браун» — глобальная мистификация». Настоящей сенсацией стали опубликованные русским литератором выдержки из документов и деловой переписки по теме нового глобального информационного проекта, который, по замыслу заказчиков — глобалистов из так называемого «неомальтузианского» крыла — должен был затмить — и заменить — сходящий на нет, явно выдохшийся проект «Дэн Браун».

Перепечатки этих материалов появились в англосаксонской прессе. Владельцы крупнейших на планете издательских холдингов Knopf Doubleday Publishing Group и Penguin Random House, чьи сотрудники выступали в роли операторов прежнего проекта, предпочли отмолчаться. Однако, уже вскоре последовали отставки либо перемещения сотрудников на другие посты. Покинули свои должности ключевые фигуры «команды»; кадровые изменения основательно затронули главную редакцию Doubleday Pub и юридический отдел этого же издательства — Doubleday Pub rights management. Чуть позже вылезло, как шило из мешка, еще нечто острое и любопытное. Выяснилось, что редакции двух крупнейших изданий США и Великобритании — «New York Times» («New York Times Book Review») и входящая в группу «The Guardian» воскресная газета «The Observer» — были проинформированы о запуске проекта «Второй Дэн Браун». Но….

Но предпочли по каким-то причинам не делиться этой важной — и сенсационной — информацией с широкой публикой.

Несколько слов о проекте — в качестве информации к размышлению.

Серьезные люди сформулировали ТЗ, определили сроки и бюджет. Спустили задание на уровень исполнителя — крупнейшего в мире издательского холдинга. Под проект, как это практикуется, сформировали команду: эксперты, редакторы, маркетологи, специалисты по PR («Команда Св. Иоанна», «Новые Иоанниты», St. John's Team). Девиз для нового бренда позаимствовали у мальтийских рыцарей-госпитальеров из Ордена св. Иоанна — «PRO FIDE» («За Веру»). Одновременно продвигались проектные работы в других сферах — история древнего мира, библеистика, гебраистика, эсхатология, археология. Усилия многих людей и организаций — координируемых, направляемых из единого центра — должны были сойтись в одной точке, с тем, чтобы в нужное время взорвать «информационную бомбу» невиданной силы.