Райкина Мария

Москва закулисная - 2

Райкина Мария

Москва закулисная - 2

Содержание

Вступление

Еще раз про любовь

Сестра пистре сломала струшку

История лошади

Где-то между сатирой и сексом

Один в лодке, не считая... таланта

В "Сатире" объявились миллионеры

Звезда из другой галактики

А ктой-то там из наших в "Самоваре"?

Коллекционер в цене

Неправильный мальчик в полном экстреме

О любви не говорят. Любовь скрывают

Укротительница всех

В поисках потерянного тела...

О! Счастливчик...

Секс убийственный по краковскому счету

Знаковая фигура

Трагик встречается с комиком

Толстый Карлсон со своими тайнами

Кушать подано!

Идиот наоборот

Выпить подано!

Культурный террор

В кино монахинь не играла

Два рояля, три собаки, четыре кошки

Пани Зося живет в собачьей стае

Дети подземелья

Здравствуйте, я ваша тетя!

Просто женщина и просто любит

Здравствуйте, я ваш дядя!

Три сестры в стеклянных кринолинах

Секс - дело честное

Шкала, Метла, Графин, Житуха

Злодейка-сопрано с ангельской душой

Доктора вызывали?

Новый взгляд на неглиже

Приглашение на казнь

Мистический авторитет

Любовь хулиганов

Сказание о Вере и... ее правде

Энергия заблуждения браку не помеха

Красавец мужчина с душой Квазимодо

Штурмовик всегда просит огня

Без вины? Виноватый?

За одного Ленина одного народного давали

Вступление

Ничего притягательнее, чем чернота кулис, я не знаю. Их таинственность... Конечно, манит. А запах, которому не подобрать названия, вызывает ностальгический приступ. Что там такое за всего-навсего какими-то пыльными, непростиранными полотнами, штандартами, спускающимися из-под колосников? А сами колосники? Эхо птицей летает в их перекрытиях. Может, это "Чайка" символ театра?

Романтика, магнетизм, необъяснимое...

И вдруг вся эта возвышенность рассыпается в тот момент, когда в кулисах мелькнет любимец публики в халате и шлепанцах на босу ногу. Он что-то кричит противным голосом бледной костюмерше, у которой стакан с водой дрожит в руке. А потом вбегает генератор идей - режиссер - и еще более противным голосом требует расправы с молоденькой актрисой, выходящей на разовых ролях. Романтику добивают художник со всклоченной копной немыто-нечесаных волос и дирижер, остервенело грызущий палочку вместо ногтей. О, ребята, как у вас тут все непросто...

Хорошо, что этого закулисного спектакля не видит публика, в это время надраивающая ботинки, подводящая глаза и тщательно подбирающая недорогие украшения к вечернему платью. Потому что она - публика. И идет в театр.

Все попытки понять, что же такое театр - не приближают никого к истине. Самая сладостная и жестокая игрушка для взрослых. Три твердые согласные с двумя гласными по центру оказываются мукой, головной болью, смехом, слезами, радостью откровения, которая на следующий день оказывается иллюзией.

Театр - это такое здание, в которое ходят работать такие люди, и там они надевают чужие волосы, костюмы, поют и очень много разговаривают. И здание такое, как все. И люди такие, как те, что на улице, потому что сами по ней же и ходят. Но такие ли как все?

Вот почти сто лет назад ехал по улице известный артист Иван Москвин в санях и вез гробик. Всем, кто спрашивал убитого горем артиста - что случилось, почтеннейший Иван Александрович? - тот отвечал: мол, младшенький сынок помер. И крестился вместе с сочувствующими, которым и в голову не приходило, что Москвин-младший жив, здоров и с розовощеким видом играет в снежки. Узнав правду, почтенные граждане разводили руками, и только Михаил Чехов, сам артист, объяснял это так: "Вот что значит, когда у артиста нет ролей". Вполне логичное объяснение, хотя за кадром остается множество вопросов морального свойства.

А как объяснить еще более вопиющий факт из истории античного театра и тоже связанный с прахом малютки? Только прах в отличие от гробика был не бутафорский, а самый что ни на есть настоящий. Оказывается, протагонист, то есть главный герой древнегреческой трагедии, принес на спектакль урну с прахом своего умершего дитя. Для чего, вы думаете? Чтобы быть убедительным и правдивым в сцене, когда он будет рыдать на могиле.

Если искать признаки рассудка в таком поступке, то с натяжкой можно предположить, что актеру так легче было забыться в своем горе. А можно выдвинуть более циничную версию - раз уж малютки все равно нет, то пусть хотя бы прах его послужит искусству. Мурашки по коже от подобных предположений и уж тем более от высказанных вслух мыслей.

А вспомним Сару Бернар. Умнейшая и талантливейшая женщина своего времени. Зачем этой умной Саре ни с того ни с сего понадобилось живехонькой спать в гробу? Кровати у нее, что ли, не было? Пока журналисты и все добрые люди искали мотивацию странного поступка, "покойница" вставала из гроба и шла ваять то ли очередную роль, то ли скульптуру, поскольку, как говорят, была неплохой скульпторшей.

Ясное дело, что нормальный человек добровольно в гроб не ляжет и своего ребеночка заживо на тот свет не отправит. Артист - одно слово.

Театр - другое.

Кулисы - третье.