Читаем Москва криминальная полностью

В Лужниках одновременно присутствует пять-шесть таких бригад: одни после успешного дела залегают на дно, другие отправляются на промысел.

Рыночные торговцы знают эти «коллективы» в лицо (ведь работают здесь одни и те же), но в промысел их стараются не влезать. На моих глазах один продавец, предупредивший свою покупательницу о вытащенном у нее кошельке, получил по лицу лезвием: цыганка подскочила к нему и без лишних слов нанесла удар открытой ладонью. Между ее указательным и средним пальцем было зажато лезвие. Шрам оказался глубоким — от левой брови до правой скулы, чудом не пострадал глаз.

— Карманник похож на настоящего Штирлица, — объясняет мне Музыкант. — Он должен подойти к вам очень близко, залезть в сумку или карман, но при этом вы не должны догадаться, что рядом с вами настоящий вор. А можно ли это сделать, если жертва увидит за своей спиной грязного или плохо одетого мужчину? Она будет напряжена, а значит, ничего хорошего из операции не получится. Другое дело, когда человек не привлекает ничьего внимания. Карманник должен быть аккуратно подстрижен, в чистом костюме, начищенной обуви. Еще больше очков карманник набирает, если устраивает перед лохами небольшой концерт.

В двухкомнатной квартире на Пироговке было не продохнуть от табачного дыма. Разговор продолжался уже третий час, а к единому мнению все никак прийти не могли. Милиция в Луже, чувствовалось, наступала на пятки, общак таял на глазах, а поступлений не предвиделось. Так что если не работать по специальности, то нужно было идти на что-то серьезное.

— Думайте, мужики, лучше, — дедок повернулся в кресле и еще раз оглядел своими желтоватыми глазами окружающих, — вам башка дана не только для того, чтобы неделями водку трескать за счет покупателей. Нужно что-то нестандартное, необычное. Причем такое, чтобы все эти лохи перестали думать о своих кошельках и впали в анабиоз.

— Где это ты, дед, таких верхушек нахватался, — перебил его один из подельников. — Мы тут работаем, а не в театре выступаем. Да и я вам не клоун, выступать перед всеми. Да и к тому же соображай, как можно всех их внимание привлечь к чему-то одному? Ведь это же не стриптиз…

— А у меня, кстати, есть одна девица, — оживился молоденький карманник Сеня, — огонь, а не баба. Я помню, как ее первый раз увидел, так сразу оцепенел. Думал, что у меня от такой красоты крыша потечет.

— Да у тебя мозги дурные от любой бабы, — остудил его дед, — а после того, как вышел из колонии, так вообще тебя от девок не оторвать. О деле лучше думай.

— Так я же и думаю, — продолжал Сеня. — От такой бабы вся Лужа в оцепенении будет минут двадцать-тридцать. Она сейчас с Багром живет. Вы же его знаете, толковый, свой парень. Вот они нам и помогут. Она, кстати, говорят, в театральном училась. Вот и будет спектакль. Одной премьеры нам надолго хватит…

…День выдался на славу. Стояло яркое, теплое июльское воскресенье. Несмотря на ранний час, на часах было чуть больше семи, рынок Лужники оживленно гудел растревоженным ульем. Кто-то еще только продвигался с тюками и коробками к своим местам, кто-то заканчивал развешивать и раскладывать товар в своей палатке, были и такие, кто уже подсчитывал первые деньги от ранних покупателей. Через входные ворота ломились люди. Начинался, как здесь принято говорить, час оптовика.

В общем потоке входящих и выходящих с рынка людей Сергей Бодров, по кличке Багор, был незаметен. Он был одет довольно-таки чисто, скромно, баулы не большие и не маленькие. Словом, обычный торгаш, коих на рынке сотни.

Найдя заранее арендованную палатку, Сергей начал создавать «витрину», раскладывая и развешивая товар, согласно полученным рекомендациям и инструкциям. Торговать ему предлагали импортным женским бельем. Все эти рюшечки и кружавчики требовали к себе особо пристального внимания.

Надев на поясные манекены наиболее яркие образцы, Бодров критически осмотрел свое хозяйство. Что-то подправил, что-то поменял местами и удовлетворенно хмыкнул. Теперь начиналось самое нудное — ожидание Марины, которая должна была по-явиться к самому разгару рыночного дня — к десяти часам утра.

Она не заставила себя долго ждать. Сошедшая словно со страниц какого-то известного модельного журнала ослепительная красавица, она появилась у входа на рынок. Все взгляды мужчин будто бы приклеились к этой идеальной женской фигуре. И мало кто обратил внимание на семерых разномастно одетых мужчин, зашедших вслед за ней и растворившихся в людском море.

Вы же замечали, как это бывает. Идет по коридору или улице красивая девушка. Проходит мимо курящих, скучающих мужчин, рассуждающих о перипетиях жизни, и сразу же смолкают все разговоры, шутки. Головы, как по команде, поворачиваются в сторону прошедшей девушки. Но вот она уже скрылась из поля зрения, а они все еще смотрят ей вслед. Разговор не возобновляется, мысль потеряна. Каждый переваривает увиденное, в глубине души мечтая о том, чтобы хотя бы на один день остаться с ней наедине, хотя бы на несколько часов. Мечты…