Читаем Москва – Багдад полностью

— Наверное ты слышал, достопочтимый дедушка Раман, что иногда тебя наши посетители между собой называют халдеем? — тихо спросил Глеб.

— Слышал это прозвище... — со смешком ответил тот. — По-нашему халдей — это мудрец, старый жрец, хранитель знаний...

— Это не прозвище, — возразил Гордей. — Дело в том, что вы ведете свой род от халдеев, соседей шумер по Персидскому побережью и первых и единственных кровных наследников их знаний. Хотя, с другой стороны, шумеры по языку и по образу мышления чужды семитам. Их язык не родствен ни одному из сохранившихся до наших дней. Попытки отыскать их первоначальную родину до сих пор оканчивались неудачей. Это я вам сообщаю новейшие научные данные... Видимо, они, действительно, пришли за землю с неба...

— А нельзя ли вернуться к ассирийцам? — напомнил Раман, что его интересует вопрос о своем происхождении.

— Да, так вот, — хлопнув себя по лбу, продолжил Гордей. — В 626 году до Рождества Христова халдейский царь Набопаласар захватил вавилонский трон и с тех пор всех вавилонян тоже стали называть халдеями. Ошибочно, конечно. Хотя эта ошибка даже в Ветхий Завет проникла. Правда, ассирийцы очень близки вавилонянам... По сути это аккадцы, которые делились на две группы: ассирийцев на севере и вавилонян на юге. Скорее всего, они имели общего предка. Возможно, шумер, а? Чудовищное предположение, но куда-то же шумеры подевались! Значит, растворились в халдеях, а через них — в ближайших народах, обеспечив им общего предка.

— Но почему тогда мы начали считать себя ассирийцами? — не унимался Раман.

— По вере, уважаемый Раман, — резковато ответил Гордей, как будто раздосадованный тем, что его все время перебивают. — Дело в том, что основная часть халдеев, как ни печально это констатировать, приняла иудаизм. И только небольшая их группа предпочла христианство. Ассирийцы же наоборот — в основной массе приняли христианство. Естественно, что халдеи-христиане присоединились к большинству единоверцев — к ассирийцам. Вот так оно и получилось. Так что вы — из халдеев-христиан.

— Это был хороший царь? — спросил Глеб.

— Набопаласар? Могу только сказать, что его сын, знаменитый Навуходоносор II, тоже долго правивший в Вавилоне, известен как строитель висячих садов, кои мы тут попутно ищем. А также именно он, а не ассирийцы, как написано в Ветхом Завете, увел евреев в вавилонское рабство.

— Эх, зачем же он так...

— Это просто так говорится, — раскатисто рассмеялся Гордей над сердобольностью мальчишки. — Ну что ты все принимаешь за чистую монету?! Евреи любят сказываться несчастными, говорить, что их кто-то к чему-то принуждает, обижает. А на самом деле, мой милый, евреи — сами халдеи. Помнишь?

— Ну помню...

— Многие века они мечтали вернуться в Ур Халдейский, из коего были выдворены их предки. Да у них не получалось. А тут выпала счастливая оказия! Так что никто их не угонял и ни о каком рабстве речи нет, они сами с радостью исполнили давнюю мечту своих предков...

— Почему же они говорят о рабстве?

— Да прибедняются, чтобы напустить туману и сказаться обиженными — ведь ассирийцы так и не признали их коренными жителями своей родины. Помнили, что в лице Терраха этих нечестивцев в давние времена раз и навсегда лишили этого звания. Видимо, в связи с этим, попав милостью Набопаласара в Ассирию, евреи были урезаны в правах, — Гордей помолчал, потом добавил с грустью: — Вот как я... Кто бы меня увел в рабство в Россию?!

Видя, как погрустнел Гордей при воспоминании о России, Глеб не стал расспрашивать его о висячих садах, понимая, что от них тоже остались руины, присыпанные землей, и ничего конкретно увидеть нельзя. Он решил по возвращении домой поискать рассказы о них в старинных книгах.

— Да, так уточнение об имени твоего русского дедушки, Глеб, — вернулся к прежней теме Гордей Дарьевич. — Изначальное имя моего отца было Дар, подарок, значит. Дарий — это уже переделка на народный лад. У русских так принято: Егор — Егорий, Назар — Назарий, Макар — Макарий, Сергей — Сергий. Так что с персами у нас нет ничего общего.

— Вот это здорово! — обрадовался мальчишка.

Всего эта поездка забрала неделю сроку. Казалось, что Гордей отлично перенес ее, и по приезде ни на что не жаловался.

***

Еще через год, когда настало подходящее время, они поехали в устье Евфрата, на развалины Ура Халдейского, ибо Гордею хотелось показать Глебу места обитания его предков по матери, которые прожили столь значительную жизнь, что о них упоминается в Святом Писании.

Раман хоть и хотел ехать с зятем и внуком, но остался дома, поскольку не мог оставлять аптеку без присмотра на такой долгий срок.

— Нет более святых мест на земле, — со значением втолковывал Василий Григорьевич своему новому воспитаннику Глебу, когда они готовились к этому путешествию, — чем те, что мы посещаем. Палестина — родина Бога нашего, а Ур — родина предков. Вот бы тебе еще Россию посмотреть... — вздохом заканчивал он свою мысль.