Читаем Москва полностью

Граждане!

Как медленно умирают картины в стенах дома нашего!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Великие говорили: олем кужи хцы! – что могло означать какую угодно мысль или вещь!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Чашка теплого чая и кусочек хлеба – вот знак дома родного!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

У меня была собака, но она умерла, и это было очень тяжело!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Я хотел бы пожелать вам всем покоя и внимательности, прежде всего!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Травка уже зеленеет, солнышко уже блестит – это весна! весна!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Чем мы ниже – тем выше небо над головой нашей!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Мы зажигаем свет в своей квартире, и она озаряет соседние – это замечательно!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Много ли надо нам? – это каждый спрашивает, но в душе жаждет очень многого, непомерного почти!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Нас любят не за достоинства наши, а за силу воображения своего, к нам по случайности прилагаемого!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Почему мы не веселы, как цветы, скажем, как птицы, а? или мы веселы, только умело это скрываем?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Попробуйте понять меня!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Что бы ни происходило с нами, все вполне объяснимо!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот горстка крови лиловатой из носа муравья пробежавшего в моей руке колышется!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Пол покачивается под ногами вашими, а вы что?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Не выпить ли нам лекарство и снова здоровыми быть, а?

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Картошка дымится на столе, мы уже руки потираем, единственно, селедочки не хватает, да ладно!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вода голубая в теплой ванне уже ожидает вас – прочь все сомнения!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Подметем с утра квартиру, откроем дверь на лестничную площадку, и ветер свежих перемен ворвется в жилище наше!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вода журчит среди ночи, о надоедливости жизни напоминая!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Только что мы расстались, а я уже и соскучился, вот я какой!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Видел я вас вчера из окна!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Все-таки замечательно, что вот мы руки протягиваем в направлении друг друга, и искра яркая пробегает!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Так отступишь на шаг и видишь нечто свое, но как бы не бывшее!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Пощупайте крыло у птицы, и глубокое раздумье охватит вас!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

А что дети? – они, может, и одного слова нашего произнести не смогут!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Я болен, болен, но не в этом дело!

Дмитрий Алексаныч
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги