Читаем Москва, 1941 полностью

Местные жители рассказывали, что от деревни Семеновское до станции Бородино после боев «наши лежали как снопы, и слева и справа от дороги. Лежали бойцы и в шинелях, и в бушлатах. Там было почти чистое поле, негде было укрыться, траншей вдоль дороги было мало, только рядом с памятником “Московского полка”[37]. «Наши прятались в кюветах, но и там всех пожгли минометами, все лежали жженые, черные». Через несколько дней жители деревень похоронили бойцов возле памятника событиям 1812 года. По их воспоминаниям, было захоронено более 200 человек. Сейчас там расположен воинский мемориал, на котором выбито всего 10 фамилий – собранные жителями медальоны и документы сгорели, когда немцы при отступлении сожгли село.

Опрошенные после войны местные жители вспоминают, что они не видели большого числа подбитой немецкой техники, но запомнился им стоявший возле дороги на Псарево (2 км восточнее села Семеновское) немецкий танк. Он был не подбит, а сожжен. Метрах в 15–20 от него на скошенном поле лежал боец, сильно изуродованный, порезанный, у него были выколоты глаза. Этим он выделялся среди других мертвых, лежавших на поле. Житель деревни Семеновское Сергей Данилович Суховаров считал, что именно этот боец и сжег танк – бутылкой с горючей смесью, и за это немцы с ним жестоко расправились.

«17.10, около 7 танков противника дошли до перекрестка дорог у Большое Соколово (6 км юго-западнее Можайска), где остановлены были огнем артиллерии. Одновременно мелкими танковыми и пехотными группами противник занял Починку и 17-ю самолетами произвел интенсивную бомбардировку района перекрестка шоссе у Большое Соколово.

18.10, с утра. Противником произведена бомбардировка города Можайск (без противодействия зенитных средств с нашей стороны) и одновременно были получены сведения об атаке с юго-запада и с юга 60–70 танков[38]).

Действий крупных пехотных частей в этот период не отмечалось. Вслед за танками действовали отдельные группы автоматчиков и минометчиков, воздействовавшие своим огнем на отходящие подразделения 17 СП.

К 14–15.00, противник, действуя танковыми группами, подошел к западной и юго-западной окраине города, а в 16–16.30, 12 немецких танков ворвались в город.

К 18–19.00, в городе появились группы пехоты противника численностью до 50–60 человек, а к исходу дня во многих домах города уже были поставлены на ночлег “много немцев” (по данным местных жителей).

Предположительно, противник, действовавший довольно осторожно, вслед за прорвавшимся танками (точнее, не прорвавшимся, а вошедшими в город) ввел в город разведотряд силою до батальона пехоты с минометами, а к вечеру сосредоточил не менее полка».

32-я стрелковая дивизия, понесшая огромные потери, примерно в две трети своей численности тем не менее продолжила упорно обороняться, и дальнейшее наступление вермахта на этом направлении было уже не столь успешным.