Читаем Московский инквизитор полностью

— А с отцом Николая что приключилось?

— Так он с дружками в 1982-м магазин ограбил. Мало того что деньги взяли, так еще и водки прихватили. Пришли менты его брать, а он спьяну на них с топором, вот его и пристрелили! — вздохнула она.

— Значит, Николай с восемнадцати лет один, как перст, — покачал головой Гуров.

— Как бы не так! Собутыльников у него тут было — вся округа. Как в армию его провожали, так чуть дом не спалили! Два года тихо у нас тут было, а уж как он вернулся да пока не женился, дым стоял коромыслом! Бедные Рожковы! Им-то каково было!

— А это кто? — удивился Гуров.

— А-а-а! Ну да! Ты этого знать не можешь. Это же было уже после того, как Нюрка сбежала! Короче, как бабка Вовкина померла — дед-то еще раньше ушел, Ванька, отец Вовкин с сестрой своей Варькой дом пополам поделили, и Варька свою половину продала! Сначала там Игнатовы жили, а потом его Рожковы купили. Сами-то они не здешние были, в 1965-м откуда-то с юга приехали. Шурка-то в возрасте уже был, а жена у него Света — молоденькая, хорошенькая. Очень он ее любил. С дочкой они уже сюда приехали, Зоей, годик был ей, а уже тут в 1969-м у них Юрка родился. Где уж он теперь, убогий, бог ведает, — Пелагея вздохнула.

— Почему убогий? — поинтересовался Гуров.

— Да все по Колькиной милости, чтоб ему пусто было! Юрка-то мальчик тихий был, домашний, без матери же рос, сестра о нем заботилась.

— Подождите! Вы же сказали, что его мать Светой звали, — удивился Лев.

— Так случай несчастный с ней произошел. В 1972-м дело было. Шурка с работы шел — он тут, как и все, на судоремонтном работал. Ну, детей он из детсада забрал, в дом вошел, а Светка-то на полу с окровавленной головой лежит, мертвая уже. А в доме ничего не взято! Вещи все на местах, на ограбление не похоже. Да и брать-то у них было нечего! Вот и решили тогда, что она или о половик споткнулась, или голова у нее закружилась, и она упала. Короче, что сама виновата. Шурка-то так больше и не женился, хотя охотниц на него было много. Один детей поднимал. В 1991-м помер, царствие ему небесное. На похороны сестра его приехала, Ольга, издалека откуда-то. Она-то Зойку и забрала. А Юрка уезжать не захотел — время-то непонятное было, а у него тут работа была в бухгалтерии на заводе, он же институт, хоть и вечерний, а окончил. А на новом месте вдруг ничего себе не найдет? А уж как Колька свою половину дома в 1993-м продал и уехал, так и Юрка недолго думал и свою тоже продал — новые хозяева небось цену хорошую предложили. Оно и понятно — двор-то у них был один на две семьи, а тут весь участок целиком к ним отошел. А уж куда уехал, не знаю!

— Пелагея, так почему он убогий-то? — напомнил Лев.

— А-а-а! Да Колька его с подловки толкнул. И чего они туда полезли, непонятно. Вот Юрка на землю на спину и упал. В больницу его тогда возили, травма серьезная была, его из-за этого потом и в армию не взяли.

— Тогда он скорее враг, чем друг, — заметил Гуров. — Вы мне про друзей Николая расскажите.

Пелагея задумалась, пожала плечами и недоуменно сказала:

— Собутыльников по молодости у него полно было, а вот, чтобы друзей? Славка Макака…

— Господи, твоя воля! — не сдержался Лев. — Неужели у него фамилия такая?

— Да нет! — махнула рукой старушка. — Колька его так и прозвал. Маленький да щуплый, он по деревьям действительно как обезьяна сигал. С детства воровством промышлял, по домам лазал. Сначала на него и не думал никто, на соседей и овражных грешили, а потом застукали его как-то раз, тут-то правда наружу и вылезла. Пожалели его на первый раз, отпустили, а он опять за свое. Ну что ты с ним делать будешь? Поймают его, а бить боятся — еще пришибут ненароком. Так вот он, как Жорка Грозный в армию ушел, возле Кольки стал тереться — все-таки защита.

У Гурова даже ладони вспотели, едва он это услышал — прав он был, когда думал, что подельников Егорова нужно искать среди друзей его детства и молодости.

— Так… — начал было он, но Пелагея, поняв его, тут же перебила:

— Нет его тут. Он же то сидел, то выходил. У домишки его крыша уже с землей сровнялась, охотников на него не нашлось, так он просто участок свой продал и уехал. Чтоб не соврать, или в конце 2004-го или в начале 2005 года.

— А Жорка Грозный это кто? — поинтересовался Лев.