Читаем Морской князь полностью

Большая часть «Жизнеописания» была посвящена «Дикейскому сидению» и походу на Крит, чему отец Паисий был непосредственным свидетелем. Это тоже сильно разжигало любопытство княжичей.

– А как ты, сидя в осажденной Дикее, мог знать, что ромеи уступят и подпишут с тобой договор на критский поход?

– Романия великая страна. У нее было столько всяких побед, что такая мелочь, как победа над моей тысячью бойников, для нее была скорее насмешкой, чем настоящим достижением. Так как я себя в Дикее вел тоже весьма осмотрительно, то ромейским чиновникам выгоднее было выдать мое сидение за некое недоразумение, чем за военную осаду. Вот и поплыл я потом на пяти дромонах на Крит.

– А что означает: «знатные жители, взятые в Дикее в заложники, вместе с женой стратига Дикеи Лидией ни в чем недостатка не испытывали и больше походили на гостей словен, чем на заложников»? – зачитал непонятное место из «Жизнеописания» Тур. – Они действительно были твоими гостями?

– А ты бы их казнил, если бы с тобой не подписали договор? – нетерпеливо добавил Смуга.

– Наверное, казнил бы, но тогда это стало бы моим проигрышем.

– А почему в конце книги сказано, что ты в Таврике тайно крестился и твое крестное имя Петр? – повторил Тур вопрос, который уже до этого задавали князю его воеводы.

– Я думаю, что без такой придумки отца Паисия эту книгу никто в Царьграде не стал бы размножать, – для Дарника это было единственное возможное объяснение.

Устные разговоры изредка переходили у них в письменные упражнения. Прежние Десять правил управления людьми постепенно дополнились новым десятком: