Читаем Морион полностью

Его мысли вернулись ко вчерашнему разговору с психологом, в котором как раз поднималась тема сновидений. Кое-что о снах Айла мог рассказать и сам. Согласно распространенной теории, большинство снов являются способом компенсации неудовлетворенных желаний. Голодному снится еда, жаждущему – вода, потерявшему близкого человека – что он снова общается с ним, как с живым. Сон Айлы мог означать только одно – он возлагал слишком много надежд на спирит в деле Морион, и Ким пошатнул эту уверенность, заставив сознание Айлы исторгнуть успокаивающее видение, в котором факт присутствия спирита в доме в заповеднике было невозможно отрицать.

Хотя на практике, даже существуй возможность доказать наличие спирита в доме, самого по себе этого было бы недостаточно. Если преступные действия первого и последующего преступников обладали некими общими характерными чертами, Айла мог упирать на то, что прослеживается паттерн. Если их мотивация и психологические установки совпадали по ключевым точкам, он мог указать на наличие общего профиля. Для получения оправдательного приговора были необходимы оба этих элемента. В противном случае суд «Серебряной Лисицы» становился лишь первой ступенькой перед гражданским уголовным судом.

Ежедневно работая с последствиями влияния невидимой, капризной, причудливо и избирательно действующей субстанции, Айла был склонен испытывать профессиональную неуверенность. Киму потребовался час, чтобы отказать Морион в праве на опеку СЛ. Что, если психолог ошибся? Человеческая психика непредсказуема, тем более если на нее оказывает влияние что-то столь мало постижимое, как спирит. Кто-то будет жить в зараженном месте годами без какого-либо ущерба для психики, а другой потечет крышей через месяц, потому что ментальные крючки запечатленного спиритом образа зацепятся за свободно болтающиеся аналогичные крючки в его разуме. На одни и те же вещи разные люди реагируют по-разному. Раньше Айле не приходило в голову сомневаться в решениях Кима, но можно ли верить ему в этом случае? Ведь сам Айла, будучи способным узнать Морион среди других женщин по любой отдельно продемонстрированной ему части ее тела, до сих пор не имел понятия, что происходит в ее голове и чем она руководствуется в своих поступках.

Конечно, признался он себе, списать все на спирит было бы самым легким выходом из ситуации. Если Морион действительно совершила преступление под его влиянием, это бы многое объясняло, в том числе и ее отсроченный звонок в полицию – она действительно какое-то время была не в том состоянии, чтобы быть пригодной для звонка. Ужасно даже представить ее ситуацию: она очнулась в компании своего убитого парня, не имея понятия, что делала ранее. Возможно, ее память сохранила смутное воспоминание о грохоте выстрелов, на основании чего в ее голове сформировалась некая теория произошедшего. Зияющие пробелы отсутствующих воспоминаний быстро заполнились сомнениями и тревогой, чем можно объяснить взвинченность Морион и ее острую реакцию на неудобные вопросы. Айле даже были известны случаи, когда, придя в себя и обнаружив поблизости мертвеца, люди начинали заметать следы, справедливо рассудив, что станут главными подозреваемыми. А что касается гильзы… мало ли, откуда она, эта гильза? Вдруг и вправду завалялась?

Айла надеялся, что сегодня он получит сведения о том давнем самоубийстве в доме в заповеднике. Что, если за ничем не примечательным вроде бы происшествием в действительности кроется совсем другое? Что, если в итоге ему все-таки удастся обнаружить связь с делом Морион? Впрочем, напомнил себе Айла, еще остается шанс, что Морион говорит правду и Хевига действительно убил кто-то третий. Проблема в том, что, какое бы объяснение ни сходило с ее уст, он ей не верил. И корни этого недоверия с каждым днем прорастали в него все глубже.

Первым делом Айла позвонил по поводу экспертизы замка и выслушал несколько противоречащих самим себе отговорок, прежде чем сменить хороший тон на плохой и перебить:

– Я хочу поговорить с ответственным.

– Он на больничном.

– И? Если он не выполняет эту работу, то ее выполняет кто-то другой. В любом случае все должно быть сделано.

– Срок, после которого вы сможете применить к нам официальные санкции – две недели.

– Срок, по истечению которого я приеду и применю к вам личные санкции – до вечера сегодняшнего дня, – отрезал Айла, бросая трубку.

Закончив с неприятной беседой, он прошел в кабинет Бейи и застал криминалиста горбящимся за сравнительным микроскопом.

– Чего тебе? – буркнул Бейи, не поднимая головы.

– Как прошло твое вчерашнее свидание? – спросил Айла – просто чтобы плавнее подвести беседу к делу.

– Никак. Я отрубился в мертвую сразу по приезду домой и, естественно, никуда не поехал.

– И что она? Обиделась?

– Не знаю, она звонила уже около полуночи, я спал.

– Ты хочешь сказать, что заставил девушку ждать, в итоге не явился, а потом даже не перезвонил чтобы извиниться?

– Ты пришел меня воспитывать? Пусть моя мама меня воспитывает!

– Так она уже не справилась. Как там отпечатки пальцев с кухни Хевига?