Читаем Моргейн полностью

— Да, и это почти такая же преданность, как ваша по отношению к той вещи, которую вы носите с собой. Возможно, именно поэтому я всегда понимал вас. Старайтесь держать Подменыш подальше от Роха. Если что произойдет, я сделаю то, что должен буду сделать.

— Я не могу требовать от тебя этого.

— В данном случае, лио, это решать мне.

Она сложила руки и положила на них голову.

Свет постепенно угас. Они молчали и не спали, пока угли в очаге не потухли. Наконец Вейни заснул, сидя, свесив голову на грудь.

Утром они проснулись поздно. Эрхендимы не спешили будить их, но когда завтрак был готов, они вышли из шатра, и Моргейн облачилась в белые одежды, а Вейни — в одеяние, предоставленное ему эрхендимами. Рох по-прежнему держался на отдалении, не ел, хотя стражники принесли ему еду и убеждали подкрепиться. Он выпил немного воды и сидел, склонив голову на руки.

— Мы возьмем Роха, — сказала Моргейн Мериру и остальным, когда они позавтракали. — Наши с вами пути теперь расходятся, но Рох должен поехать с нами.

— Как скажешь, — сказал Мерир. — Но до Огней мы вас лучше все же проводим.

— Будет лучше, если мы поедем одни. Оставайтесь здесь, лорд. Мирриндяне и эрхендимы нуждаются в вашей заботе. Объясните им, почему мы так и не вернулись.

— Есть один мальчик по имени Син из Мирринда, который хочет стать кемейсом.

— Мы знаем о нем.

— Обучите его, — попросил Вейни старого эрхендима. Он увидел, что в глазах кел появился теплый огонек.

— Да, — сказал Шарн, — мы обучим его. Огни угаснут, но эрхендимы останутся.

Вейни удовлетворенно кивнул.

— Мы с Сизаром поедем с вами, — сказал Леллин. — Не до самых Огней, а просто какое-то время. Через наши леса проехать непросто, и…

Моргейн покачала головой.

— Нет, вам надо охранять Шатан. Мы поедем одни. Вы уже сделали для нас все, что могли.

«А как же Рох?» — был немой вопрос в глазах эрхендимов. Затем на лицах их отразился страх.

— Нам пора, — сказала Моргейн. Она сняла с шеи золотой медальон на цепочке и вернула его Мериру. — Это был великий дар, лорд Мерир.

— Он заслужила та, которую мы не забудем.

— Мы не просим у тебя прощения, лорд Мерир, но о некоторых вещах мы сожалеем.

— В этом нет нужды, леди. Мы воздадим в своих песнях почести вам и вашему кемейсу, до тех пор, пока песни будут звучать из уст эрхендимов.

— Это великий дар, лорд.

Мерир наклонил голову, затем положил руку на плечо Вейни.

— Кемейс, когда будешь готов к пути, возьми себе белую лошадь. Никто из наших коней не сравнится с ней.

— Лорд, — сказал он, пораженный и тронутый. — Это же ваша лошадь!

— Она праправнучка той, что когда-то была моей. Я очень дорожу ею — и потому дарю ее тебе. Ты будешь заботиться о ней, я знаю. Сбруя на ней тоже твоя. Зовут эту лошадь Эрхин. Она будет носить тебя долго и верно. И вот еще, — сказал он, вкладывая в его руку коробочку с маленьким алмазом эрхе. — Все эти Огни погаснут, когда исчезнут Врата. Но если твоя госпожа позволит, я дарю тебе это. Не оружие, а просто средство защиты и способ для тебя найти к ней путь, если ваши дороги разойдутся.

Вейни взглянул на Моргейн, и она кивнула.

— Лорд… — сказал он и хотел опуститься на колени, чтобы поблагодарить, но старый кел удержал его.

— Нет. Мне недолго осталось жить. Мы будем чтить тебя, кемейс. И когда наши дети давно обратятся в прах, ты и твоя леди, и мой маленький подарок… будут сопровождать тебя в пути, который тебе еще суждено пройти. Доброй вам дороги. Я буду вспоминать вас до самой смерти. И эти воспоминания будут доставлять мне радость.

— Прощайте, лорд.

Мерир кивнул и, отвернувшись от них, велел эрхендимам собирать лагерь.

Они приготовились к отъезду, облачившись наполовину в свои, наполовину в подаренные им эрхендимами доспехи, и у каждого из них был добрый шатанский лук и колчан, полный стрел с коричневым оперением. Только Рох остался безоружным: Моргейн сняла тетиву с его лука и привязала ее к седлу, а меч его отдала Вейни.

Рох не выглядел удивленным, когда ему сказали, что он поедет с ними.

Он поклонился и забрался на гнедого жеребца, предоставленного ему эрхендимами. Движения еще давались ему с болью, и он пользовался меньше левой рукой, чем правой, даже когда оказался в седле.

Вейни сел на белую Эрхин и осторожно подвел ее к коню Моргейн.

— До свидания, — сказал Мерир.

— До свидания, — вместе сказали они.

— Прощайте, — сказал Леллин, и они с Сизаром отвернулись, а затем и Мерир. Шарн помедлил.

— Прощайте, — сказал им Шарн и посмотрел на Роха. — Прощай, кайя Рох…

— Спасибо вам за доброту, Шарн Тиоллин.

Затем Шарн отъехал, а с ним и остальные эрхендимы. Они направились к северу.

Моргейн пришпорила Сиптаха и поскакала на север, не слишком спеша, ибо Огни не должны были погаснуть до заката и впереди у них был целый день.

Время от времени Рох оглядывался назад, и Вейни тоже, пока эрхендимы не исчезли вдали. До тех пор никто из них не произнес ни слова.

— Вы не возьмете меня с собой за Врата, — сказал Рох.

— Не возьмем, — сказала Моргейн.

Рох медленно кивнул.

— Я ждала от тебя объяснений, — сказала Моргейн.

Рох пожал плечами и некоторое время не отвечал, но по лицу его текли струи пота.