Читаем Морета - всадница Перна полностью

Алесану пришлось остановиться. Пот градом катился по его вискам, заливал глаза. Палец за пальцем отцепив руки от рукояток плуга, он поднял глаза на тяжело дышащих коней. "Еще один такой день, - подумал он, - и они окончательно забудут, что это такое - скачки". Впрочем, вчера он думал то же самое. Была какая-то высшая справедливость в том, что ему, ослушнику отеческой воли, пришлось-таки запрячь в плуг своих скакунов. И однако, из ТОЙ породы не выжил ни один конь. Тяжеловесы, способные везти самый тяжелый груз или тащить плуг, оказались особенно подверженными инфекции. В итоге, в живых остались только легкие, жилистые скакуны... Во всяком случае, до тех пор, пока Алесану не пришлось запрячь их вместо более мощных, но менее стойких собратьев.

Землю следовало вспахать, зерно посеять: жителям холда была нужна пища. И неважно, как лорд холда ее добудет. Они добрались до конца поля и, навалившись на рукоятки, Алесан развернул плуг. Он поглядел на проложенные им борозды - пусть немного неровные, но достаточно глубокие. Идет работа... Он окинул взглядом окрестности. На северной дороге он заметил всадника. Алесан пригляделся и, как ему показалось, различил голубые цвета арфиста. Похоже, это Туэно возвращается после осмотра северных холдов. У кого еще хватит смелости посетить Руат?

- Это все эпидемия виновата, - объяснял арфист. - Здесь в Руате, она поистине показала, на что способна. Пока мастер Капиам не вакцинировал всех и каждого в холде, я думаю, будет не так уж много желающих посетить Руат. И даже тогда они поостерегутся приводить с собой коней - очень уж много их тут погибло.

И все-таки что-то следовало было делать: пахать-то надо...

После долгих дискуссий с Туэро, Дифером и Оклиной (его совет холда) стало ясно, что самому Алесану Руата покидать никак нельзя. Никто, кроме него, не мог обеспечить порядок в холде. Самому Алесану очень не хотелось послать в путешествие по холдам Туэро - арфист только-только встал с постели. Но спорить с Туэро было совершенно невозможно; именно поэтому он и являлся арфистом, - пояснил сам Туэро, - именно поэтому и следовало послать именно его, и никого другого. Несколько дней на свежем воздухе пойдет, мол, ему только на пользу. С другой стороны, что Туэро делать не мог, так это пахать. Алесан не поверил ни единому слову арфиста, но послать все равно больше было некого.

Алесану не терпелось узнать, с какими новостями вернулся арфист, но он заставил себя вернуться к работе. Поле почти сделано. Он обязан его закончить! Вот вспашет, и тогда пойдет поговорить с Туэро... Здорово было бы, если бы арфист вернулся в холд, ведя за собой на поводу хотя бы пару крепких коней, но увы! Туэро вернулся один. Ничего не поделаешь... Еще две борозды - и все...

Он повел усталых скакунов к конюшне, а на вспаханное им поле вышли сеятели. Какой-никакой, но урожай с этого поля они снимут. Несмотря на эту проклятую эпидемию... Конечно, снимут, если не подведет погода, или не навалится какая-нибудь новая напасть - скажем зарывшаяся и начавшая размножаться Нить.

К удивлению Алесана, Туэро дожидался его у входа в конюшню. Он сидел на перевернутом ведре и улыбался.

- Я видел тебя за работой, Алесан, - сказал вместо приветствия. Твои борозды стали прямее, чем раньше.

- Это еще не предел, - усмехнулся Алесан.

- Твой пример вдохновил многих! Твои труды и твоя отвага уже вошли в легенды холда! - Туэро имел привычку, что порой начинал разговаривать так, словно рассказывал старинную балладу. - Твои старания сослужат хорошую службу...

- Ты не привел с собой коней, - заметил Алесан. - Или у тебя плохие новости?

- Ничего такого, о чем ты сам бы не знал... Я своими собственными глазами убедился в пустоте амбаров и конюшен в северных холдах, принадлежащих Руату...

- Ну и... - Алесан всегда предпочитал узнать сразу все новости, как бы они ни были плохи.

- Ну, во-первых, ты не единственный, кто начал обработку земли... Туэро махнул рукой куда-то в сторону севера. - Но кое-где жителям пришлось ох, как не легко. Кое-кто из твоих гостей отправился домой до введения карантина. И они принесли с собой с Собрания вирус. У меня есть список погибших... Говорят, что кому нужно, что кому жизненно неоходимо и кому чего хочется. А еще по дороге домой мне в голову пришла одна мысль, которая, возможно, несколько смягчит то удручающее впечатление, которое, наверно, сложилось у тебя от моего рассказа.

- Я оказался прав насчет того, что люди побоятся приходить в Руат. Я оказался прав относительно их нежелания присылать сюда коней, как они полагают - на верную смерть. И неважно, сколько мы готовы им заплатить. Мне не так-то просто было их уговорить впустить в холды Скинни. Они очень боялись.

- Чего?

- Что он разносчик инфекции.

- Но ведь этот конь пережил эпидемию! Он болел и выздоровел!