Читаем Море Вероятностей полностью

Отец–Главнокомандующий вигилиан благословлял Ауреласа Урсу и его высших офицеров на защиту человечества.

Само воплощение великолепия, этот обряд напоминал бы театральное действо, если бы не марйанне. Они оставались бесстрастно–серьёзными среди блистающих толп. Их белые табарды, украшенные священным символом Преломленного Копья, поверх камуфляжной полевой формы выглядели не менее благородно, чем поверх лат и кольчуг тысячелетия тому назад. Многие офицеры в окружении Урсы казались очень юными и заплетали в косы не стриженные с рождения волосы. Это значило, что их новые тела ещё не достигли призывного возраста… Те, кто погиб при обороне Магны. Они встали в заслон, когда Урса развернул полную беженцев «Астравидью» к Земле. Их прежние тела превратились в огненный прах или куски льда, а сами они вынесли девятимесячное заключение в женских утробах, младенческую беспомощность, суровые тренировки детства и подростковые гормональные бури, чтобы снова отправиться в бой – и снова пасть, защищая простых смертных.

Необычайное сочетание скромности и величия этой картины трогало сердце. Данкмар посмотрел на Лианну: её лицо неосознанно приняло то же бесстрастно–серьёзное выражение, а грудь взволнованно вздымалась. «Этой записи несколько месяцев, — подумал Данкмар. – Марйанне будут здесь со дня на день. И они могут создать мне проблемы». Пути избегнуть этих проблем или разрешить их он давно обдумал, но ему всё равно было о чём беспокоиться.

Он обернулся к экрану: Аурелас Урса подходил под благословение. Иронично, что Отец–Главнокомандующий, престарелый и немощный, был ровно впятеро моложе предводителя марйанне. Вдвойне иронично, что Аурелас и для собравшихся на площади богомольцев, и по догмам религии стоял выше римского понтифика. Отца–Главнокомандующего избирал конклав генералов–кардиналов, а бессмертного марйанне – Сам Господь… или, по некоторым толкованиям, Тауриль Военачальник, ирсирра Его – но это уж совершенно точно.

Камера нашла лицо Урсы и приблизилась. Он был лет пятидесяти на вид – лысеющий, статный и ясноглазый.

— Урса смешал все карты, — проговорила вдруг Лианна.

— О чём вы?

— О его обещании отстоять Эйдос любой ценой. После этого никто уже не отваживался давать прогнозы.

— Я слышал разные прогнозы. Какие из них вы рассматривали как вероятные?

Лианна низко хмыкнула.

— В лучшем случае – глубокую инвестиционную зиму. В худшем… да что тут говорить. В худшем нам пришлось бы просто бежать, и вы это знаете. Когда стало известно о приближении этих… кальмаров… к Эйдосу, я решила, что пора сворачивать дела и перебираться на Землю. Я подумала: достаточно с нас Магны. Кое‑что успела предпринять. Но берёт слово Урса – и всё становится с ног на голову. Многие теперь считают, что на Эйдосе безопасней, чем на Земле. Земляне как безумные скупают недвижимость, переплачивают на целые порядки и летят сюда. Рынок кипит, биржи сходят с ума. Бизнесы становятся всё дороже.

— Но мало кто в нынешние дни занимается развитием, — заметил Данкмар. – Я бы сказал, рынки Эйдоса охватило единственное желание: продаться землянам подороже, любым способом. Это пузырь.

— Даже интересно, в какой момент он лопнет… — задумчиво проговорила Лианна. Взяла в ладони чашечку кофе, откинулась на спинку дивана и спросила: — Данкмар, скажите честно, что вы об этом думаете?

Данкмар опустил взгляд. Обычно на подобные вопросы он отвечал то, что было приятно слышать клиенту; промахивался он редко, а с тех пор, как обрёл второе зрение – ни разу. Но Лианна Кёртис не была обычной клиенткой. Он уважал её и ценил, а в деловом мире ценнее всего – честность. Данкмар собрался с мыслями.

— Если откровенно, — наконец ответил он, — я ничего не могу сказать с уверенностью. У меня нет доступа к необходимой информации. Чтобы в нашей ситуации о чём‑то с уверенностью говорить, нужно иметь допуск к военным тайнам… При Магне наш космический флот ещё не мог отбросить врага. Сейчас Урса уверен, что может. И никто не знает, почему. Хотя, казалось бы, зачем секреты, если врагу мы совершенно неинтересны. Если, — он подчеркнул последнее слово и умолк.

И услышал то, на что рассчитывал.

— У вас есть метод, — возразила ему Лианна. – Есть инструмент. Мы оба знаем, что открытой информации зачастую вполне достаточно, если её сортирует хороший аналитик. Скажите мне, на моём месте… вы готовились бы к эмиграции?

«На моём месте», — сказала она. Лианна умела задавать вопросы. Данкмар ссутулился. Для него самого эмиграция была последним, самым последним выходом, альтернативой только гибели; таков был единственный недостаток его проекта. А терять клиентов Данкмар не любил, и уж тем более не собирался терять такого клиента так глупо. Пожалуй, здесь его личное расположение заканчивалось и начинался бизнес. Народу Эйдоса предстояла тотальная мобилизация, а промышленному и финансовому миру – перевод на военные рельсы и жёсткая диктатура святых воинов…