Читаем Море Осколков полностью

— Там! — донесся истошный крик, словно вопил недорезанный петух. Один охранник с бледным, как привидение, лицом размахивал руками, указывая в глубь побережья.

Там на краю леса стоял человек. Несмотря на холод, он был обнажен по пояс, на теле — полосы белой краски, на голове густая черная шевелюра. Через плечо у него висел лук, у бедра — короткий топорик. Он не делал резких движений, не выкрикивал угроз — просто стоял и смотрел на корабль и суетящихся возле судна рабов, а потом не спеша повернулся и растворился в тени. Но паника, которую он разжег, вряд ли вспыхнула бы сильнее, атакуй их целая армия.

— Спасайте, боги, — зашептал Анкран, хватаясь за ошейник, будто тот не давал ему дышать.

— Работайте шустрее, — забарахтела Шадикширрам, настолько взволнованная, что на миг даже оторвалась от бутылки.

Они удвоили прыть, то и дело озираясь на деревья — нет ли новых незваных гостей.

В море показался чужой корабль, и двое моряков с плеском бросились в прибой, маша руками и взывая о помощи. Крохотная фигурка махнула в ответ, но хода корабль не замедлил.

Ральф вытер пот со лба рукавом.

— Я б на их месте останавливаться не стал.

— Я б тоже, — сказал Джойд. — Придется нам самим себя выручать.

Ярви только кивнул.

— Я бы даже не стал и махать.

И вот тогда из лесной черноты начали бесшумно выскальзывать новые шенды. Трое, потом шестеро, потом двенадцать, все вооруженные до зубов. Каждое появление как Ярви, так и остальные встречали со все возраставшим ужасом. Он-то читал, что шенды — вполне миролюбивый народ, но эти, судя по виду, читали совсем другие книги.

— Работаем дальше! — зарычал Тригг, схватил одного за загривок и толкнул на ствол, с которого тот обдирал кору. — Надо их отогнать. Поразим их внезапностью.

Шадикширрам допила и бросила бутыль на прибрежные камни.

— На любого из тех, кого видно, приходится десяток в засаде. Есть мнение, что внезапностью поразят тебя. Но давай: рвешься — пробуй. А я посмотрю.

— Так что же нам делать? — пролепетал Анкран.

— Лично я постараюсь не оставить им ни капли вина. — Капитан вынула пробку из новой бутылки. — А ты, если в самом деле хочешь их огорчить, сам сдери с себя кожу. — И она захихикала с полным ртом.

Тригг кивнул на Ничто, по-прежнему скребущего палубу, стоя на коленях.

— А еще мы можем дать ему меч.

Смех Шадикширрам как отрезало.

— Ни за что.

Мудрые терпеливо ждут своего часа, но ни за что его не упустят.

— Мой капитан, — произнес Ярви и, отложив доску, смиренно шагнул вперед. — Разрешите кое-что предложить.

— Что, калека, надумал им спеть? — бросил Тригг.

— Поговорить с ними.

Шадикширрам одарила его равнодушным прищуром.

— Ты говоришь по-ихнему?

— Достаточно, чтобы нам уцелеть. Может, даже получится с ними сторговаться.

Надсмотрщик вытянул толстый палец в сторону разрисованных воинов — тех становилось все больше.

— По-твоему, дикари прислушаются к голосу разума?

— Обязательно. — Главное, чтоб и на деле все прошло так же гладко, как получилось у него на словах.

— Безумие! — вставил Анкран.

Шадикширрам перевела блуждающий взгляд на хранителя припасов.

— Жду не дождусь твоих предложений. — Тот молчал, свесив губу, и перебирал руками. Капитан закатила глаза. — Да, в наши дни храбрецы повывелись. Тригг, ты сопроводишь нашего однорукого посланца на переговоры. Анкран, ты прогуляешься с ними.

— Я?

— Я что — вчера купила с десяток трусов по имени Анкран? Ты ведаешь закупками. Ну так иди, торгуй!

— Но с шендами никто не торгует.

— Значит, о вашей сделке сложат легенды. — Шадикширрам встала с валуна. — Всякому что-нибудь да нужно. В этом и прелесть купеческого ремесла. Сумаэль пояснит, в чем нуждаемся мы. — Она наклонилась над Ярви, обдавая винным перегаром, и потрепала его по щеке. — Спой им, мальчишечка. Сладко, как пел другой ночью. Ради своей жизни, спой.

Вот так и вышло, что Ярви медленно брел к деревьям с поднятыми руками. Короткий конец его цепи крепко натягивал в мясистом кулаке Тригг. А сам король Гетланда отчаянно убеждал себя, что серьезная опасность сулит серьезную выгоду. Впереди собирались новые шенды — и наблюдали в безмолвии. Позади по-галинейски бубнил Анкран:

— Если калека сторгуется — делим как обычно?

— Заметано, — ответил Тригг, дергая цепь. Ярви поверить не мог, что у этих двух даже сейчас все мысли о деньгах. Видимо, люди, когда перед ними раскрывается Последняя дверь, уповают только на то, с чем они крепко свыклись. В конце концов он сам полагался на премудрость служителя — и насколько же хрупок щит его учености теперь, когда шенды в боевой раскраске с каждым шагом становятся чуточку ближе.

Они не орали и не потрясали оружием — у них и так получилось нагнать страху. Они просто расступились, дав Триггу провести Ярви на поводке за деревья. Там, на поляне, горел костер — а за костром собралось еще больше шендов. Ярви нервно сглотнул, уяснив на сколько именно больше. Дикари втрое превосходили числом всю команду «Южного Ветра».