Читаем Мора (СИ) полностью

Все вышли, оставив меня в комнате. Асуната пришлось едва ли не волоком вытаскивать — так он был растерян и раздавлен новостью о смерти сестры. Нужно спалить обоих: Стойн не должен стать нежитью, ни за что! Бросила последний взгляд на его тело, запоминая, впитывая его образ навсегда, тьма жадно лизнула оба тела, словно спрашивая хозяйку, правда ли она отдаёт такую вкусную добычу? Да, отдаю… Устало и горько усмехнулась над иронией жизни: чтобы мой донну не стал нежитью, да и чтобы чаанту не смогли оживить и допросить Генералы Бездны, я отдаю их на съедение своей тьме. Волосы искрились от выпитой некры, а внутри плескались боль и холод. Демоница во мне просто застыла от горя. Не смотря на то, что Стойн не был демоном, она ценила его покорность, его ласку и нежность. Его силу, тот внутренний свет, что грел нас обоих. Хлопнули створки окна, и ветер унёс серый пепел в хмурые небеса. Меня ждут… а я так хочу просто сесть где-нибудь и подумать… о себе, о своих потерях… и обещаниях! Дети!

Сорок восемь донну стояли в зале. Из них пятнадцать детей… По тому как Асунат ласково прижимал к себе худеньких, бледных рыжеволосых мальчишек-близнецов, я поняла, что это и есть дети Стойна. Боги, как больно! Заоран стал рядом, притянул меня к себе, укрыл крылом. Тёплое… Благодарно потёрлась о его щёку, коротко поцеловав её.

— Вы должны понимать, — начала я, пристально вглядываясь в растерянные, испуганные лица, — Подменыш полностью копирует убитого. Вы можете считать его своим другом, братом, отцом… матерью… но это не так. Это жестокий, коварный враг. Асунат… Иди ко мне!

Рыжий подошёл сам и мальчишек подвёл. Нет, они те, кто есть на самом деле. Кивнула и указала на стену, под которой уже стояли, точнее полулежали два стражника, излеченные драконом.

— Сейчас вы все по одному будете подходить к нам с Заораном на проверку. Кто откажется… будет убит на месте! Идёт война, и война эта направлена на уничтожение нас с вами. Всех живых. Нурлак, бог- Паук из иного мира планирует сделать вас либо кормом для своих войск, либо лишит разума и воли, и сделает своими слугами. Не советую нас предавать! — сурово посмотрела я на хмурых донну, — Аморат уже стал предателем… И я лично убью его! И Нурла…

Ворон погладил меня по руке, успокаивая, и стал плавно отходить к группе придворных, которые уж больно долго решались на проверку. С ним туда же двинулся даархит.

Дети прошли проверку все, после чего мы с парнями вздохнули с облегчением. Ещё детей я не убивала… пусть они и нежить под личиной. Две дамочки гневно высказывали, как мы грубы, и что они не позволят так с собою обращаться. Я кивнула ворону, он тут же обездвижил обоих и проверил лично. Одна тут же лишилась головы, вторая сползла в обморок. Оставшиеся с ужасом взирали на то, как с доннийки сползает личина. Редкие перья, чёрные как у воронов, бледная кожа. Все пооншат похожи один на другого? Подняла отрубленную голову, всмотрелась в распахнутые, удивлённые глаза, оскаленные клыки. И похожи и нет. Этот какой-то недомерок по сравнению с моим Муртуу.

— Слушайте лэю Морайю… — властно приказал Асунат, — Она — наша единственная надежда. Без её помощи мы погибнем.

— Дядя, а где папа? Он ведь с ними уехал? — тоненький голосок мелкого рыжика. Мы с Асунатом одинаково болезненно дёрнулись, переглянулись. Что мы можем им сказать? Лишь правду. Ложь рано или поздно принесёт ещё больше проблем.

— Он… погиб. Как герой, малыш! Как герой… И мама тоже…

Пять мужчин споро метнулись по комнатам, собрали все вещи в сумки с пространственным расширением. Они отчитались передо мной лично, что взяли много тёплой одежды, личные вещи всех присутствующих, в том числе правителя с племянниками. Асунат сказал, чтобы они еще сходили в Сокровищницу и собрали артефакты из Третьего ряда и двенадцать шкатулок с личным его гербом — там большая часть сокровищ, накопленных за века.

Через полчаса все наконец собрались и медленной, скорбной процессией, поминутно оглядываясь на свой великолепный Дворец, вышли на изрытую кракенами землю в саду.

— Они уже близко! Уходим, Мора, быстрее! — Даархит и Мунон направляли доннийцев туда, где мы нашли способ переправиться на Главный Остров. Асунат тронул меня за локоть, остановил.

— Забвение… прошу! — я остановилась и подождала, не передумает ли?

— Ты уверен? Его ведь не на сто лет даже накладывают — на пять столетий! — заклятие Забвения используют очень редко. Оно стирает память о землях, Дворцах и народах. Такое под силу только очень сильному магу. Асунат знал к кому обратиться: сейчас в мире есть лишь наши с предателем силы, наша тьма. Через время вещи словно сами собою появятся из небытия. Рыжий не терял надежды на возвращение.

— Да, моя строптивая возможная супруга, — рассмеялась невесело, донну тоже горько улыбнулся, — Я меньше всего хочу, чтобы мой дом стал прибежищем для нечисти… И очисть его… там могут быть мёртвые, — сглотнул, — Лостанна и та несчастная, что тоже стала жертвой подменыша.