Читаем Мор мечей полностью

– У дю Корса есть голова на плечах, – признал Том. – Прикрыл себе фланги, встал где помельче, чтобы арбалетчики могли стрелять в одну сторону. Сам бы лучше не сделал.

– И я, – согласился Габриэль.

На борту «Иисуса и Марии Харндонских», самого большого харндонского корабля, Габриэль увидел дю Корса в доспехах.

– Не думал, что мне когда-нибудь придет в голову обнять вас, – сказал дю Корс. – И тем более что вы летаете на чудовищах.

– Ийаги ушли? – спросил Габриэль.

– Убежали, как только… – Дю Корс покрутил головой, подбирая слова. – Когда огромная тварь утащила змею вниз.

– Вы их сдерживали.

– Может быть. – Дю Корс махнул рукой. – В мелкой воде они осторожны, как форель ясным днем.

– Форель боится цапель и орлов. И не просто так. А теперь мы укрепили их страх. – Габриэль улыбнулся. – Вы все еще хотите высадиться в Галле?

– Нет. – Дю Корс надул щеки. – Мои люди не готовы снова с этим столкнуться. Мы потеряли четыре корабля. Когда вы появились, чудовища просто изучали, как с нами сражаться. Это… – Он посмотрел на плавающие обломки. – Это было ужасно. Они начали с тех, кто стоял в конце строя. Остальные понимали, что они следующие. Я высажусь в Иберии.

– Я переслал вам все сведения о немертвых. – Габриэль посмотрел в небо и увидел, что ветер меняется.

– Да. И я понимаю, что вы император.

Дю Корс остановился и присел рядом с юношей, которому кислота ийагов попала в лицо. Юноша ослеп, но не потерял мужества.

Сделать было ничего нельзя. Мужчины смотрели друг на друга, беспомощные перед лицом беспомощности. Габриэль уже успел подумать, что использовал галлейцев, чтобы прикрыть собственный флот. И чего это стоило.

– Да. Я принял железный скипетр.

– Я предупрежу о вас Рохана и моего короля. В Арле. Да уж, лет пять назад я бы не подумал, что вы станете моим господином.

– А кто нынче король Галле? – спросил Габриэль.

Дю Корс вздохнул и встал.

– Герцог Арле, если он жив. А потом, полагаю, власть перейдет к его дочери Клариссе.

Габриэль посмотрел на чаек, уродливой стаей круживших над трупом морской змеи.

– Вы верите в высшую силу? – спросил он у галлейского рыцаря.

– Я верю в существование Сатаны, – нахмурился дю Корс. – В Бога мне поверить сложнее.

Габриэль любовался закатом.

– Пять лет назад мы столкнулись в Арле.

– Где вы спасли герцога и его дочь, – подхватил дю Корс. – Дорога была длинная и извилистая, ваша милость.

Он преклонил колено. Габриэль, непривычный к такому, отмахнулся.

– Черт с ним, дю Корс. Наша вражда закончена. Спасайте то, что можно спасти. Но, ради милости божьей… если Бог существует… будьте осторожны. То, с чем мы столкнулись, невероятно могущественно. Оно овладевает людьми и превращает их в кукол. – Он взял дю Корса за руку.

– Я понимаю, милорд. – Непроницаемое лицо галлейца расплылось в улыбке. – Мы будем осторожны.

Император отбыл в тяжелой шлюпке, которую вели очень испуганные альбанцы и морейцы: они гребли как можно быстрее, чтобы оказаться подальше от щепок, кусков морских чудовищ и стай падальщиков.

Вернувшись на корабль, Габриэль приказал поворачивать на юг.

– На ночь вставать на якорь не будем, – сообщил он.

Он долго смотрел на залив Локтя, на закат и луну. Майкл принес ему вина, он выпил и снова стал смотреть.

– Это дико, – сказал он в никуда.

– Что именно, любовь моя? – спросила Бланш, которая никогда не видела его в таком настроении.

У них под ногами, за кормой, морские твари пожирали плавающую на поверхности массу трупов.

– Все это. Вся чертова вселенная.

– Скажи, ведь именно этот корабль вы с Безголовым рисовали два месяца назад в Альбинкирке?

Он кивнул.

– Давно вы все это планировали?

– Два года. Или всю жизнь, как посмотреть.

Она увела его вниз. Он устал как никогда и был невероятно откровенен.

Галлейские корабли шли рядом с ними всю ночь. Утром открылся вход в залив Лалуна, галлейцы подали сигнал и повернули к земле.

Когда солнце встало, Габриэль оседлал Ариосто и поднялся в воздух, но ничего не увидел, кроме ясного неба и иберийского побережья. Они снова сели, уже гораздо лучше, и еще раз снялись с места ближе к вечеру. Они подозревали, что в глубине корабль кто-то сопровождает, но попусту швырять дротики не хотелось, потому что у Мортирмира уходило по несколько часов на одно заклинание. Каждый день из воды выпрыгивали дельфины, а синие киты, редкие здесь, виднелись мористее.

Лежа рядом с Бланш – она положила голову ему на плечо – и глядя в окно, где кит выбрасывал в воздух струю воды, Габриэль погладил ее по голове.

– Чудеса глубин.

– Не хочу больше в море, – пробормотала Бланш.

Наступила тишина.

– О чем ты думаешь? – спросила она.

– О том, что я самонадеянный дурак. Я на такое не рассчитывал. Я думаю, что героев здесь много. Что многие приложили к этому руку. Интересно, что случается в эфире, когда столько разумов желают одного и того же? Я думаю, что тварь, которая плывет под нами, – чье-то порождение, и даже морские змеи… Чепуху я всякую думаю. Потому что я…

Бланш села.