Читаем Монументы Марса полностью

Голос диктора. Как счастливы люди, которым повезло жить в Стране Советов, сказала нашему корреспонденту крестьянка с острова Мадагаскар. «Я всем сердцем с теми, кто сегодня руководит штурмом цитадели империализма. Я вспоминаю славные времена борьбы против французских оккупантов…»

^{_{С улицы врывается Коган.}}

Коган. Я вас всюду ищу, с ног сбился. Значит, так — они все врут. Я связался со Смольным, «Аврора» нечаянно села на мель и бабахнула по Смольному, при том так удачно, что Сталин и Свердлов в больнице. Из всех революционеров там сохранился только товарищ Луначарский, он пишет трагедию в стихах.

Керенский. А Ленин? Что слышно о Ленине?

Коган. Ленин пропал без вести.

Керенский. Этого быть не может! Наверное, кто-то пошутил.

Коган. Позвоните сами.

Керенский. Держите связь со всеми, с кем можете! Я спешу на баррикаду. Надо поддержать молодежь.

^{_{С полдороги он возвращается, целует Зосе руку и снова убегает.}}

^{_{От дверей доносится голос Керенского.}}

Держитесь, друзья! Конница генерала Краснова уже движется по проспекту Майорова! Удачным выстрелом с «Авроры» выведено из строя руководство большевиков. Надо продержаться еще час. Заряжайте орудия! Неважно чем — главное, чтобы громко и пылало!

^{_{Слышно, как надвигается волна атакующих, их встречают выстрелы, потом оглушительно бухают пушки.}}

^{_{Зося приподнимается на локте.}}

Зося. Это наши! Они бегут! Они бегут! А меня нет с ними. Пустите меня, Раиса Семеновна. Я должна быть там с девчатами!

^{_{Раиса Семеновна удерживает Зосю.}}

^{_{Коган подходит к телефону. Он набирает и набирает номер, видно, что ему не отвечают. В это же время видно, как по тускло освещенной дальней части коридора, которая выходит в парадные покои, крадется один человек… за ним второй…}}

Коган. Смольный? Это Смольный. Какое счастье! Я говорю из Зимнего. Почему нас взяли? Нас никто не взял. А вас взяли… Ах, простите, я перезвоню.

^{_{Оставив трубку, Коган на цыпочках идет в ту сторону, где заметил фигуры.}}

^{_{Стой! Кто идет!}}

^{_{Фигуры бросаются на него. Пока их двое. Впереди Антипенко, за ним парень, которого уже брали в плен.}}

На помощь! Тревога! Нас обошли!

^{_{Его легко сшибают, хоть он и пытался вытащить сабельку. Поднимается посланец генерала Краснова. Он, пошатываясь, врезается в первого из нападающих и ударом в челюсть сшибает его. Отважно бросается на помощь Когану Раиса Семеновна, а на его крик, услышав, вбегают и Колобок с Керенским.}}

^{_{Обоих нападающих крутят. Первый, с помощью Раисы Семеновны, поднимается и встает, опираясь о стену спиной. Под глазом — синяк.}}

Раиса Семеновна. Господи, товарищ Антипенко! Товарищ зам. директора по режиму! Вы как здесь оказались?

Антипенко. Знаете… я так хотел посмотреть… из чувства солидарности.

Парень. Какая солидарность?! Сам же меня подбил.

Колобок. Будешь врать — живым не выйдешь. Сам знаешь, какая обстановка. Почему ты опять сюда забрался?

Парень. Меня Семен Остапович подбил — давай, говорит, я покажу один ход — его не охраняют.

Керенский. Зачем?

Парень. Там монеты лежат в золотой кладовой и драгоценности — сейчас никому дела нет, а то потом набегут…

Раиса Семеновна. Все, что угодно, только не это! Я не верю. Семен Остапович имеет недостатки, но он коммунист и заместитель директора по режиму. Его к нам назначили из КГБ. Нет, это исключено!

Антипенко. Это исключено! Я шел, чтобы разведать вход через кухонную дверь. Вы же знаете. Я думал, что там открыто.

Колобок. Зачем?

Антипенко. Именно потому, что я коммунист. У меня была беседа с товарищами Крыленко и Дыбенко. Они там, на площади. Ситуация сложилась критическая. Пора открывать Съезд Советов, а Зимний до сих пор не взят. И никакой связи со Смольным. Или мы берем дворец сейчас, или весь мир будет над нами хохотать… И лично над Леонидом Ильичом.

Парень. А зачем мне про монеты говорил?