Читаем Монстры полностью

Несмотря на успокоительное, Кут не спал. Он знал, что умирает, и не хотел тратить драгоценное время на сон. Он не знал человека, донимавшего его вопросами в желтом мраке палаты, но голос незнакомца звучал с такой вежливой настойчивостью, что пришлось прислушаться, хотя тот прервал его беседу с Богом. К тому же у них нашлась общая тема: все вопросы незнакомца касались зверюги, превратившей его в это месиво.

— Оно забрало у меня сына, — говорил человек. — Что вам известно об этой твари? Прошу вас, скажите. Я поверю всему… — Да, это неподдельное отчаяние. — Просто объясните…

Лежа на горячей подушке, священник снова и снова вспоминал отдельные картины, проносившиеся у него в голове. Крещение Деклана, объятие зверя, алтарь, необъяснимое возбуждение, от которого встали дыбом и волосы, и плоть. Быть может, все-таки он сможет хоть что-то сказать несчастному отцу.

— …в церкви…

Рон наклонился поближе к Куту; от священника уже пахло землей.

— …алтарь… оно боится… алтарь…

— Вы имеете в виду распятие? Оно боится распятия?

— Нет… не…

— Не…

Тело разок дернулось и замерло. Рон увидел, как на лицо священника легла печать смерти: помутнели зрачки, слюна засохла на губах. Он долго ждал, прежде чем вызвать звонком медсестру, а потом незаметно ретировался.

В церкви кто-то был. Дверь, которую полиция заперла на висячий замок, стояла приоткрытая, замок сорван. Рон распахнул ее чуть шире и проскользнул внутрь. Огни погашены. Церковь освещал лишь костер на ступенях алтаря. Огонь поддерживал молодой человек, которого Рон время от времени встречал в деревне. Он оторвал взгляд от пламени, но продолжал подбрасывать в него внутренности книг.

— Чем могу служить? — осведомился он без всякого интереса.

— Я пришел, чтобы… — Рон замялся. Что сказать — правду? Нет, здесь что-то не так.

— Я, кажется, ясно спросил, — произнес человек, — чего надо?

Идя по проходу к костру, Рон смог яснее рассмотреть грубияна. Запятнанная, видимо, грязью одежда, провалившиеся глаза, словно втянутые внутрь мозгом.

— Вы не имеете права здесь находиться…

— А я думал, любой может прийти в церковь, — ответил Рон, не сводя взгляда с горящих страниц, превращавшихся в черный пепел.

— Только не сегодня. Так что убирайтесь подобру-поздорову.

Рон продолжал идти к алтарю.

— Я сказал, вон отсюда!

Лицо парня исказила злоба, Рон разглядел в нем безумие.

— Я пришел посмотреть на алтарь и не уйду, прежде чем его увижу.

— С Кутом поговорили, да?

— Кто такой Кут?

— Что вам наплел старый идиот? Не знаю что, но это все ложь. Больше его слушайте. А известно ли вам, что он за всю жизнь не сказал ни слова правды? Бывало, заберется сюда, — он швырнул в кафедру молитвенник, — и начнет врать на чем свет стоит!

— Я хочу сам посмотреть на алтарь. Вот и увидим, солгал ли он…

— Нет, не увидите!

Парень подбросил еще одну стопку книг в огонь и спустился к Рону, загородив ему путь. Пахло от него не грязью, а дерьмом. Внезапно он набросился и схватил Рона за шею. Оба повалились на пол. Пальцы Деклана тянулись к глазам Рона, стремясь их выдавить, зубы щелкали у его носа.

Рон удивился слабости своих рук. Ну почему он не играл в сквош, как предлагала Мэгги, почему его мускулы оказались такими дряблыми? Если не поостеречься, этот парень того и гляди его убьет.

Внезапно за одним окном так ярко посветлело, словно в полночь начался рассвет. Тут же раздались крики. Воздух расцветили краски пожара, такого мощного, что по сравнению с ним костер на ступенях алтаря превратился в жалкий огонек. По витражу заплясали блики.

На секунду Деклан отвлекся от своей жертвы, и Рон пришел в себя. Он резко оттолкнул назад подбородок противника, одновременно подвел ему под грудь колено и пнул что было сил. Враг покатился кубарем, а Рон вскочил и, вцепившись одной рукой ему в шевелюру, второй начал наносить удары в лицо безумца, словно орудовал молотом. Ему мало было расквасить нос ублюдку, услышать, как треснули хрящи; Рон продолжал колошматить, пока не разбил себе кулак в кровь. Только тогда он отпустил Деклана, и тот тяжело рухнул на пол.

А снаружи полыхала деревушка Зил.

Кровавой Башке и раньше приходилось устраивать пожары, причем много раз. Но бензин оказался новым для него оружием, и он пока только учился. У него быстро начало получаться. Трюк заключался в том, чтобы поранить коробки на колесах, — а это было просто. Он вспарывал их бока, и из ран начинала литься кровь, от которой у него болела голова. Коробки оказались легкой добычей. Выстроенные в линию, они напоминали бычков на бойне. Он ходил среди них, совсем свихнувшись от желания сеять смерть, пускал им кровь и тут же ее поджигал. Потоки огненной жидкости лились в сады, доставали пороги домов. Соломенные крыши занимались огнем, вспыхивали деревянные перекрытия коттеджей. За несколько минут всю деревню охватил огонь.

В церкви Святого Петра Рон стянул загаженную ткань с алтаря, пытаясь не думать о Дебби и Маргарет. Наверняка полиция успела перевести их в безопасное место. Для него сейчас важнее другое.