Читаем Монстры полностью

Еще будучи студентом медицинского факультета, Вагнер принялся за создание собственного литературного персонажа — Кейна, таинственного мечника. После выхода "Паутины тьмы" ("Darkness Weaves with Many Shades", 1970), первой книги серии, Вагнер отказался от мысли стать врачом и всецело посвятил себя творчеству. Вслед за сборником "Тень Ангела Смерти" ("Death Angel's Shadow"), в который вошли три повести о Кейне, были опубликованы романы "Кровавый камень" ("Bloodstone") и "Поход Черного Креста" ("Dark Crusade"), а также сборники "Ветер ночи" ("Night Winds") и "Книга Кейна" ("The Book of Капе"). Не так давно "Night Shade Books" осуществило переиздание этих произведений в сборниках "Боги во тьме" ("Gods in Darkness") и "Полуночное солнце" ("Midnight Sun").

Ужастики Вагнера печатались в различных журналах и антологиях и объединены в сборники "В безлюдном месте" ("In a Lonely Place"), "Почему не ты и я?" ("Why Not You and I"), "Выбор автора. Выпуск 2. Не боясь утреннего света" ("Author's Choice Monthly Issue 2: Unthreatened by the Morning Light"), включая посмертное издание "Экзорцизмы и экстазы" ("Exorcisms and Ecstasies").

"Летом 1969 года я жил в хижине в округе Хейвуд, Северная Каролина, — вспоминал Вагнер, — и работал в местной больнице. Как раз эту хижину и эти горы я и описываю.

Предания о затерянных копях древних, упомянутые в рассказе "Патрон 22 Свифт" вовсе не являются псевдоисторией, как выразился некий критик, это исторический факт, загадка. Уэйд Уэллман, известный писатель, исследователь истории и фольклора Юга, любезно предложил мне свои материалы, связанные с этой археологической головоломкой, а я в течение нескольких лет дополнял их собственными изысканиями.

Книги и источники, на которые я ссылаюсь, действительно существуют, наряду с легендами и мифами индейцев. Как явствует из многолетних исследований Уэллмана, история и фольклор нередко задают такие загадки, которые никакое писательское воображение не способно создать".

I

Из провала, где царила непроглядная тьма, шел сладковато-душный запах сырой земли.

Скорчившись у дыры, доктор Моррис Кенло заглянул во тьму и принюхался, пофыркивая, как собака. Широкими, словно лопаты, руками он усердно откидывал комья земли между согнутых колен. Опершись на руку, Кенло придвинулся поближе к отверстию и просунул голову внутрь. Он протянул запачканную землей руку: — Дайте-ка мне фонарь, Брендон. — Его голос, обычно очень громкий, звучал приглушенно.