А что до холма в океане, то его образ остался со мной на всю жизнь. Те двое незнакомцев, которые вместе со мной наблюдали за чудесными метаморфозами холма, выросшего над водной гладью, помогли мне пережить печали моего одинокого детства и повзрослеть быстро, окончательно и бесповоротно.

Как я уже говорила, холм постепенно начал погружаться в океан, пока окончательно не исчез из виду, словно скрылся за горизонтом. Вскоре после этого я видела и другие холмы в океане. Они были похожи на тот, первый. Все они были лазурного цвета, совсем как море, и плыли куда-то на ветру, словно легкие корабли. Но тогда я уже знала, что это всего лишь облака.

Разумеется, и мой холм, тот, самый первый, огромный и неподвижный, тоже был облаком, цвет которого оказался темнее, чем у остальных облаков, и слился с водной гладью. И этому облаку удалось заставить меня впервые усомниться в постигаемости и рациональном устройстве природы и поверить в то, что мироздание может в любой момент дать трещину и погрузиться в хаос.

Помню, поняв, в чем дело, мы тогда долго смеялись, я и те двое. Я радовалась тому, что для моего холма нашлось разумное объяснение, а значит, можно было вздохнуть с облегчением и жить дальше. А моих новых друзей восхитило это удивительное явление природы. Мужчина долго благодарил меня за то, что я показала им этот холм и поболтала с ними, ведь теперь ему было о чем рассказать знакомым за ужином в пансионате, где он и его жена отдыхали. Они ушли, и больше я их никогда не видела.

Итак, это было просто облако. И не то чтобы я не верила, что на самом деле хаос окружает нас со всех сторон. Все мы знаем, что такое хаос, у большинства из нас он внутри, в наших душах. Дело, однако, в том, что мы больше всего на свете боимся столкнуться с хаосом во внешнем мире, поэтому нас так пугает все необъяснимое и сверхъестественное. Мертвецы в Нотерхэме воскресли в силу вполне понятных, хотя и необычных обстоятельств. Холм, выросший из моря, был лишь облаком, в штиль задержавшимся на одном месте.

Обман зрения, и ничего более.

И я смею надеяться, что мне удастся избежать прямого столкновения с хаосом, его непосредственным вторжением в этот мир, пока я в нем живу.

Возможно, позднее, за пределами этого мира, всем нам таки придется противостоять хаосу, но я хочу верить, что к тому времени мы успеем благополучно перевоплотиться в иные, высшие формы бытия, которым будут не страшны ни ослепительный свет небесный, ни кромешная тьма преисподней. И тогда душам нашим не будет никакого дела до того, что станется с бренной плотью, которую они покинули.

Джо Лэнсдейл

Программа Двенадцати шагов для Годзиллы