Читаем Монстры полностью

Вот такое вот и получается и получилось.

                 Вот маленький как паучок                 Да и есть – паучок                 Не вышедши из пионерского                 Условного                 Возраста                 Стоит и смотрится в толчок                 Унитаз                 И отражение премерзкого                 Вида                 Являет колышущаяся масса                 Идет, бежит, за ним кишка                 Его собственная                 Из его заднего прохода                 Огромная! два-три вершка —                 Он сам-то —                 Все удлиняяся по ходу                 Его движения                 Она                 Вот тридцать, тридцать два вершка                 А вот уж он – одна кишка                 И есть                 Как червь тонкий подмосковный                 На обнажившемся песке                 Дышать не может и в тоске                 Он бьется, словно рыба красная                 А рядом легкие прекрасные                 Его собственные                 Розоватые                 Лежат и так свободно дышат                 Он тянется, но нет – не может                 Дотянуться до них                 Задыхаясь                 Она идет вся колыхаясь                 В ней весу чистого – пудов                 Шесть                 Я ж маленький на все готов —                 Растаять, раствориться, исчезнуть                 Но нет, она меня хватает                 Грубо                 И на грудь себе сажает, под                 Кружавчики, и жирный пот                 Ее                 Слизывать заставляет                 Моим острым язычком                 Вот левой пяткою срослись                 Все остальное силой дивною                 Во все концы и вверх, и вниз                 Так разнесло, что еле видные                 Тела их                 Нитями растянутыми поблескивают                 Почти неразличимые вне точки их средостения                 Но осторожно —                 С разбегу о них можно и голову снести

Полусдержанность на квазинебесах

1995

Предуведомление

В результате сексуальной революции, когда любовь отделилась от деторождения, и практики клонирования (ну, возможно, не в ее нынешнем состоянии, но в ближайшем будущем, в ее идее, во всяком случае) когда деторождение освободилось (или освободится) от репродуктивной способности человека, любовь и совокупление предстают как некие незаинтересованные свободные акты, переходящие в своей перспективе в некие виртуальные акты, неприкрепленные жестко ни в пространстве, ни во времени, блуждая по свету и конкретным лицам как фантомные боли.

                 Когда изведав все примеры                 И медленнотекущие и быстрые                 Осознанно Милицанеры                 Но нет, не современные, а истинные                 Былые                 По центру бытия совокупляются                 То вроде бы ничего не появляется                 И правильно, и правильно                 Поскольку выявляется мощное и однонаправленное подтверждение                 Да кто ж его нынче рассмотрит

* * *

Когда совокупляются актеры, заметьте, именно актеры, то много чего получается, как обваливается

* * *

Когда совокупляются дояры, заметьте, именно дояры, но не свинари или телятницы, или огородники, то всем известно, что получается

* * *

Когда совокупляются философы, то – ой! – что получается! ой, что получается! ну прямо ой-ой-ой, что получается

* * *

Ты видел, ты видел, как совокупляются эти? – Нет, но я видел, что результатом является нечто неудобоваримое! – Согласен

* * *

Ты знаешь, что совокупление этих не привело к видимым результатам? – Этого и следовало ожидать! – Согласен

* * *

Никто не знает, к чему приводит совокупление этих? – К тому же, к чему всегда и приводит! – Согласен

* * *

Как Гитлер здесь с Гёте совокуплялись, знают все, и как сам факт, так и результаты оцениваются по-разному

* * *

О том, как Ганди совокуплялся с Юстинианом известно немногим, потому и воздержимся от оценок

* * *

О том как Рембо совокуплялся с Гистерионом еще неизвестно, и об этом напишут в будущем многие тома, результаты этого обнаружит на себе весь мир, объявив новую антропологию состоявшейся

                 И я, и я совокуплялся с ними! —                 Уйди, ты с нами не совокуплялся                 Как пыль, как еле видимый отход ты появлялся                 Этого процесса и производства                 И кто тебя именовал, как имя                 Твое? —                 Димитрий, я сам именовал себя!                 Вот видишь

Предмет сокрушения

1998

Предуведомление

Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги

Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы