Читаем Моника 2 часть полностью

- Не будем терять время на споры, которые ведут в никуда, – прервала София. – Прости меня, Моника, что беру на себя смелость вмешиваться в личные дела. Я сделала это, чтобы поддержать твою бедную мать, которая много страдала из-за вас обеих, хотя вы с сестрой, похоже, так этого и не поняли.

- Прошу вас обсуждать мои дела отдельно от дел сестры, донья София! – гневно взвилась Моника. – Если бы Ренато понимал, что о моих делах нужно забыть…

- В этом случае это не Ренато. Именно об этом мы хотели бы поговорить наедине, и поэтому ждем.

- Вы можете остаться наедине, – указал священник. – А мне – уйти, что я и сделаю.

- Нет, Отец, подождите! – взмолилась Моника. – Вы знаете все о моем сердце и душе. Нет ничего такого, чего нельзя было бы обсуждать в вашем присутствии; наоборот.

- Тогда, послушай сеньору Д`Отремон, дочь моя.

- Я хотела бы сказать вам, что в этом не участвует Ренато, – объясняла София. – Более того, мы подозреваем, что ему это не понравится. Но не важно. Каталина и я постараемся уладить все без него, по возможности предотвратить сплетни, учитывая то, что он вмешивается в дела, которые его не касаются.

- Хотите, чтобы я подписала для вас доверенность, которую составил Ренато?

- Не совсем. Лишь прошение для Его Святейшества. Прошение аннулирования брака по причинам, которые не оскорбляют никого, ни Хуана Дьявола. Это и слабость здоровья, и несовместимость характеров, и религиозное призвание, которое мы связываем с главной причиной этого прошения. И вправду, в этом есть смысл. Вы ведь девочкой осознали свое религиозное призвание, правда? И обстоятельства, которые подтолкнули к этому, думаю, не изменились.

София Д`Отремон пронзила Монику выразительным властным взглядом. Она словно хотела опорожнить одним выплеском душу, и в то же время, проникнуть до самой последней мысли Моники. Но та прикрыла веки, уводя в сторону взгляд от свирепых и бестактных глаз.

- Для людей нашего круга, – заявила София. – Нет ничего оскорбительней, чем попасть на язык всем. В дверях монастыря заканчиваются сплетни, гаснут скандалы.

- А это для вас самое главное, не так ли? – сделала легкое насмешливое замечание Моника.

- Я лишь хочу лишить этого человека всех прав на нее, – вмешалась Каталина де Мольнар. – Меня пугает мысль, что он может снова забрать ее, утащить, кто знает в какие опасности, болезни. Мне очень больно видеть тебя в монастыре, но я предпочитаю… По крайней мере, я знаю, что здесь ты будешь спокойно жить.

Моника задумалась, подняв голову, она посмотрела на высокую стену в том месте, куда влез Колибри. Она бы хотела не видеть, не чувствовать того, что чувствовала душа, отодвинуть струящийся дымок воспоминаний, которые принес Колибри. Голос священника, мягкий и ободряющий, достиг ее:

- На самом деле ты не создаешь ничего, мы лишь начинаем. Его Святейшество обычно долго возится с такими делами. Пройдут месяцы, прежде чем дело решится, даже если предположить, что оно получит благоприятное разрешение.

- Поэтому мы хотим все ускорить, Моника, – заявила София. – Сделать без шума, любой ценой избегая столкновения моего сына с Хуаном.

- Да, – подтвердила Моника. – Больно видеть ненависть между братьями.

- Не нужно затрагивать эту подробность, легенду, которая может быть небылицей! – гневно воскликнула София.

- А мне нужно было вспомнить. Я подпишу, донья София. Дайте эту бумагу. Я немедленно подпишу ее!

Конец второй части.