Читаем Монашеские ордена полностью

Игнатий Лойола одной из главных задач ордена считал педагогическую деятельность, организацию воспитания и образования молодежи. Иезуиты по всей Европе собирали в свой орден самых талантливых и умных людей. Они стали создавать иезуитские воспитательные и образовательные заведения, коллегии, в которых могли учиться все сословия, дети дворян, старост, горожан и крестьян. В 1548 году Обществом Иисуса была образована особая комиссия, которая в течение года составила программу преподавания в орденских коллегиях – «Ratioatque Institutio Stadiorum Societatis Jesu». В последующем общие конгрегации ордена вносили в нее только небольшие изменения.

Курс учения в иезуитских школах и коллегиях был разделен на две части – средний курс, который проходили в коллегиях, и на университетский курс, включавший философию и богословие.

Первыми были три грамматических класса. В первом учили основные правила латинского синтаксиса на основе самых легких писем Цицерона. Ученики изучали чтение и письмо, начала греческого языка и катехизиса. Во втором грамматическом классе изучались вся латинская грамматика на основе работ Цицерона и Овидия. В третьем грамматическом классе изучение латинской и греческой грамматики изучалось на основе трудов Цицерона, Овидия, Катулла, Пропеция, Вергилия, Иоанна Златоуста и Эзопа.

Во втором филологическом классе на основе Цицерона, Цезаря, Саллюстия, Тита Ливия, Квинта Курция, Вергилия, Горация, Исократа, Платона, Плутарха изучались иностранные языки и правила риторики, греческий синтаксис, чтение и письмо.

В третьем риторическом классе по Цицерону, Аристотелю, Демосфену, Платону, Фукидиду, Гомеру преподавали красноречие, ораторское искусство, поэзию, историю, законы риторики, христианскую религию.

На университетском курсе в первом высшем философском классе, рассчитанном на три года, изучали философию Аристотеля, логику, физику и метафизику, нравственную философию по «этике» Аристотеля, курс метафизики по Эвклиду и географию. Во втором четырехлетнем высшем богословском классе изучали Святое Писание, древнееврейский язык, схоластическое богословие, основанное на учении Фомы Аквинского, казуистику, греческий, халдейский, сирийский, арабский, индийский языки.

Наиболее талантливые ученики изучали богословие еще два лишних года и потом по разрешению генерала ордена могли стать учителями или получить степень доктора. На высших курсах все лекции читались на латинском языке.

Педагогический и административный персонал иезуитской высшей школы состоял из провинциала, ректора, префектов низших и высших курсов, профессоров факультетов, учителей, классных руководителей. Профессора были обязаны обращаться одинаково со всеми учениками, бедными и богатыми. Переход из класса в класс осуществлялся с помощью экзаменов. Ученики были разделены на три категории. Схоластики, которые готовились к вступлению в орден, жили в коллегиях. Дети богатых и аристократов за умеренную плату жили в пансионах. Были и просто приходящие на лекцию ученики. Учеба продолжалась сто девяносто дней в году. В каникулы воспитанники отдыхали на дачах ордена, где занимались фехтованием, верховой ездой, музыкой, плаванием, катанием в санях и на коньках, игрой на биллиарде – любимой игрой Игнатия Лойолы. Игра в карты и кости была строго запрещена. Все коллегии и пансионы ордена находились в красивых местах. В них соблюдалась безукоризненная чистота. Еда всегда была очень изыскана.

Вся учеба и воспитание в иезуитских учебных заведениях, педагогический устав «Ratio studiorum», были проникнуты строгим церковным духом – «наука преподается людям для того, чтобы научить их любви к творцу и Спасителю». Профессора были обязаны пробуждать в душах учеников любовь к Богу, служить примером набожности и добродетели, «увещевать их к ежедневному исследованию собственной совести, побуждать их к частому принятию святых Таинств, ходить ежедневно к обедне и слушать проповеди по воскресеньям и праздникам, внушать им отвращение к пороку и любовь к добродетели». Поощрялись торжественные диспуты и театральные представления. Ученикам запрещалось заниматься более двух часов без короткого перерыва, а устав запрещал заниматься науками во время, предназначенное для отдыха и сна – «Работая умеренно, с соблюдением равновесия сил, человек будет в состоянии трудиться более долгое время во славу Божью».

С 1832 года, по указанию генерала ордена Рогана, больше внимания в коллегиях и университетах стало уделяться преподаванию физики, математики, литературы, родного языка, истории церкви.