Читаем Монархи Британии полностью

Наступил новый период вынужденного бездействия. Шотландия и все предприятие в целом оставили у него самые мрачные впечатления, и на какое-то время он вовсе перестал общаться с роялистами. Вначале он был радушно принят при дворе, но потом наступило охлаждение, и обещанное ему пособие в шесть тысяч ливров часто забывали платить. Его кузен Руперт (сын Фридриха Пфальцского) с прибылью занимался пиратством, но тоже не собирался делиться с родственником. Мать, увидев, что повзрослевшего сына уже вряд ли удастся держать под контролем, занялась устройством личной жизни. Не в силах, как брат, поступить на французскую службу, Карл оставался королем так называемого «призрачного двора», где королева и ее фавориты занимались мелкими интригами. Вернейшие соратники — Хайд, Ормонд, Бэкингем, — вошедшие в новый королевский совет вместе с Джермином и Уилмотом, могли посоветовать только одно: сохранять спокойствие и ждать. Во Франции бушевала Фронда, и надеяться на помощь отсюда не приходилось. В Голландии умер покровитель Карла Вильгельм II, и новое правительство объявило войну Англии. Проиграв, голландцы вынуждены были в числе других условий пообещать не пускать к себе Стюартов. Граф Норич, поехавший за помощью в Вену, привез только мизерную стипендию от одного из немецких князей.

В апреле 1654 года Кромвель окончательно победил шотландцев и вынудил их отказаться от присяги Карлу. В том же году между Англией и Францией были восстановлены отношения, планировался договор о союзе и стала вполне возможной высылка Карла и его родных. Король решил ехать в Германию; Мазарини на радостях выплатил ему остатки пособия, и даже английские роялисты скинулись для своего монарха. Карл велел казначею «призрачного двора» Стивену Фоксу строго следить за тем, чтобы впредь все расходы короны не превышали 240 фунтов в год. В июне 1654 года он прибыл во Фландрию, где встретился со своей сестрой Мэри (вдовой Вильгельма II); потом направился в Кёльн, где был радушно принят магистратом и местными иезуитами, которые надеялись возвратить короля к «истинной вере». В Кёльне Карл прожил два года и позже говорил о его жителях как о самых добрых и гостеприимных людях, каких ему доводилось встречать. Большую часть времени он читал у себя в кабинете или гулял по городу пешком, так как не имел денег на карету.

В 1655 году неудачный роялистский мятеж Солсбери заставил короля перебраться в Миддельбург, поближе к Англии. После поражения мятежа он инкогнито посетил Франкфурт-на-Майне, где встретился с экстравагантной шведской королевой Кристиной. Он пытался попросить у нее помощи, но у Кристины были свои проблемы с парламентом. Тогда Карл переориентировался на Испанию и тоже инкогнито приехал в Брюссель, где завязал переговоры с испанским наместником Хуаном Австрийским. В условиях объединения двух своих врагов — Англии и Франции — испанцы были совсем не прочь взять на службу английских эмигрантов. Маленький двор Карла переехал из Кёльна в Брюгге, и весной 1657 года был подписан договор, по которому Испания соглашалась вооружить четыре английских полка и оплачивать их содержание. Такой поворот серьезно обеспокоил режим Кромвеля; агенты Терлоу, начальника секретной службы, начали готовить заговоры. Они подкупили одного из секретарей короля Ричарда Уиллиса, чтобы попытаться похитить Карла и отвезти его в Лондон, где его, скорее всего, ждала участь его отца. Заговор не удался, но так же не удавались все попытки роялистов вторгнуться в Англию или поднять мятеж внутри нее. Весной 1658 года вооруженные сторонники Карла уже собирались в порту Дюнкерк, принадлежавшем тогда Испании, но тут англо-французский десант внезапно захватил город. Положение казалось безнадежным, когда 3 сентября умер Кромвель.

В ходе начавшейся в Англии борьбы за власть сначала робко, потом все громче стали раздаваться голоса в пользу возвращения короля. Многолетняя революция принесла жертвы и страдания многим англичанам, но не достигла того, на что надеялись ее простые участники. Богачи не торопились делить свои земли поровну между всеми «сынами Божьими», как настаивали радикальные пуритане. Не получили простые англичане и политических прав — парламент был превращен в фикцию, а диктатор Кромвель пользовался большей властью, чем король. С крайней свирепостью были подавлены восстания в Шотландии и Ирландии, а тюрьмы заполнены не только истинными врагами Кромвеля, но и теми, кто возмущался ростом цен или регулярно пропускал богослужения. Более того, в Английской республике возобновились угасшие было гонения на ведьм и вновь запылали костры. После смерти протектора власть перешла по наследству к его сыну Ричарду, но была быстро узурпирована враждующими военными фракциями.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука