Читаем Монады полностью

ОНА. Что? Что было? Когда? (Что-то смутно припоминается ей, ее всю неожиданно быстро и крупно передергивает.)

ОН. Ну, там! В клубе! Где капает! Нагнись!

ОНА. Зачем? (Вспоминает, вспоминает.) Зачем? (Вспоминает.) Зачем? (Наклоняется, наклоняется, наклоняется.) Зачем? (Застывает в неестественной позе.) Зачем? (С дрожью в голосе.) Не надо!

ОН. Нагнись! Нагнись! Еще ниже!

ОНА. Нет! Нет! Я забыла! Забыла! Я не хочу! Не хочу!

ОН. Ты помнишь! Помнишь! Нагнись! Нагнись еще ниже! Ты помнишь!

ОНА (в той же неестественной позе разворачивается к Дмитрию Александровичу, лицо ее перекошено, она кричит). Нет! Нет! Нет! Не помню! Не помню! Не было! Не было!

ОН (тоже кричит). Было! Было! Помнишь!

ОНА. Нет! Нет!

ОН (с торжеством). Да! Да! Было!

ОНА. Что? Что? Что было?

ОН. Ты в белом платье! Нежная такая! Наклоняешься!

ОНА (медленно выпрямляется, с трудом, словно на спине у нее страшный груз). Не было! Не было!

ОН. Было! Было! Наклоняешься и вдруг – пук! Фр-р-р! На весь зал!

ОНА (бежит к столу). Не-е-ет! Не было!

ОН. Фр-р-р! Все замерли! Ужас! А потом – смех! Евгений Антонович смеется! И Оленька! Оленька! Она за живот схватилась!

ОНА (уже у стола, уперлась в него руками, как и Дмитрий Александрович). Нет! Нет!! Не было!

ОН. Смеются! Ха-ха-ха! На пол попадали! Ха-ха-ха! О-хо-хо! У-ху-ху!

ОНА. Не было! Не было!

ОН. Бы-ы-ыло! (Мерзким голосом прямо ей в лицо.) И вонь! Вонь! (Лицо его кривится.) Вонь! Мерзость! Вонь! (Зажимает нос.) Вонь! Вонь!

ОНА. Нет! Нет! (Хватает двумя руками пресс-папье и со всей яростью бьет по голове отвратительного, мерзкого Дмитрия Александровича.) Нет! Нет!

(Дмитрий Александрович рушится на стол, последние его слова: «Сверши…» – и он не договаривает, но ясно, что он хотел выкрикнуть как символ своей свершившейся победы.)