Читаем Монады полностью

Вот так я опять лежал, поглядывал в окошко, маялся и долеживал до весны, когда опять смог пошевелить обеими ножками и возвеселиться. И побежал в школу, проотсутствовав с осени. Оглядываюсь, а уже никого в школе и не узнаю. То есть знаю, конечно, но как-то по-другому. Как вот весна, например – вроде бы одна и та же. Ан нет, каждый года иная весна. А мои стадионно-футбольные друзья уже поизменились за полгода. Да вы сами знаете, как в этом возрасте все стремительно меняется. Отпали мои футбольные друзья в разные другие компании, привязанности, тактико-технические приобретения и навыки, мною невозвратно упущенные. Вот горето, незадача. Все уже разом повзрослели, по сторонам со значением поглядывают, через краешек нижней губы научились сплевывать, погогатывают, шутки отпускают по поводу каких-то общих событий и переживаний, мне неведомых. Девицы уже все полногрудые, уже тайком быстро глаза скашивают вбок на присутствующих, потом быстро на свои подоспевшие грудки, потом снова в глаза кому-то вопросительно взглядывают. А я и в школе никому не нужен. Сижу я на первой парте (у меня на горе зрение резко ухудшилось – вот еще, замечу, страдание на 3 балла, да и нравственные страдание балла на те же 3). Сижу я на первой парте, а в перерыве все бросаются к столу учительскому в журнальчик классный заглянуть. Конец года уже. Интересно ведь, какие итоговые отметочки предварительно слабым карандашиком учительницей напротив каждой фамилии предварительно помечены. Все толпятся в узком проходе, на цыпочки привстают, чтобы через плечо впереди стоящих заглянуть. У девочек-то платьица школьные коротенькие и задираются. Прямо перед носом моим обнажаются их полные крепкие непомятые еще ноги. И краешки мощных ягодиц виднеются, обтянутые по тем временам достаточно толстыми и неуклюжими трусами-панталонами нежных розовых или голубых тонов. Ну прямо просто бросился бы и кусал, кусал бы, впивался, разбрызгивая сок, рвал бы на свежие отскакивающие в стороны куски, всхлипывал бы, захлебывался и терял сознание, Господи! Сколько надо было сил, чтобы удержаться! Какие же, кстати, низкие и малооправданные (хотя и понимаемые вполне) низкие чувства по поводу столь невинных, симпатичных, исполненных грации и сочувствия ко всему окружающему, здоровых и грациозных юных молодых существ! За это одно надо бы поставить мне на вид. Отнять 2 способствующих балла. Но и, однако, за мучения мои при виде всего этого можно добавить бы баллов 6. Итого, если взять в сумме, поднакопилось достаточно – где-то 121 балл.