Читаем Молодость может многое полностью

— «А Вера Короткова?! Тоже на Ко! К тому же она работает чертёжницей в КО семь!» — возмутились дискриминацией женщины.

— «А это фамилия её мужа! И мы говорим не об умении хорошо чертить, а об умении хорошо читать чертежи, о пространственном воображении!» — невозмутимо уточнил Саторкин, которого больше из-за поведения, нежели за знания, некоторые за глаза прозвали профессором.

«Да! Пространственное воображение очень помогает компоновщику!» — перевёл шутки в практическое русло Игорь Михайлович.

— «Тогда это точно Платон!» — заключил мудрый Борис Сафонов.

— «Поживём — увидим! У вас ещё будет возможность показать мне своё мастерство компоновки на курсовом проекте осенью!» — поставил точку Игорь Михайлович, первым возвращаясь в аудиторию.

Этот предмет был не только для них важен, как основной, но и интересен. Его изучение включало в себя и элементы теории полёта, и весовой анализ, и определение облика космического аппарата, и наличие его систем, а уж потом и его компоновку и другие составляющие предмета.

Так что вся группа внимательно внимала своему руководителю. А после защиты дипломных проектов их ждало получение квалификации инженера-механика по специальности конструирование космических летательных аппаратов.

Из-за футбола Платон пропустил один день подготовки и не успел достаточно полно подготовиться. Поэтому он 18 июня получил лишь «хорошо». Но главной причиной этого явилась, не сколько его неплохие знания, сколько попытка Кочета в наглую подсмотреть одну формулу из тетради, лежащей тут же на углу стола. И, не любивший этого, Игорь Михайлович заметил, сразу вызвал Кочета отвечать.

— «Это всё, что вы успели списать?!» — посмотрел он на сложную схему перехвата в космосе, одиноко красовавшуюся на чистом листке.

— «Нет, Игорь Михайлович, наоборот! Это единственное, что я очень хорошо знаю! А вообще-то я никогда не списываю, из-за принципа! Извините! А в формуле, как всегда, я немного подзабыл самую несущественную малость и хотел уточнить! Если хотите, я могу при вас схему заново нарисовать!».

— «Да нет, не надо! Рассказывайте!».

И Платону пришлось без подготовки отвечать на все вопросы билета.

А когда он к своему удовольствию окончил доклад, предвкушая высокую оценку, молча и не перебивая его, слушавший Игорь Михайлович, неожиданно заключил:

— «Ну, что ж?! Прекрасный ответ! И формулу сами вывели!? И зачем вы подсматривали, свои принципы нарушали? Но я вынужден поставить вам только хорошо!».

— «Ничего! Пусть мне будет наука! Чтобы дальше не придавал своих принципов!» — улыбнулся Кочет удачному исходу.

После экзамена все поспешили по домам на трансляцию финала чемпионат Европы по футболу, в котором сборная СССР со счётом 0:3 опять проиграла сборной ФРГ. Из московского «Динамо» в ней опять сыграли лишь А. Байдачный и во втором тайме О. Долматов.

А, торопящийся на консультацию в институт, Платон, наоборот, на следующий день сыграл опять под № 5 на своём месте во втором туре первенства ЦКБМ по футболу против команды «Сатурн», но только первый тайм, завершившийся 0:0, оценив свою игру как хорошую.

На следующий день он узнал, что в итоге их команда проиграла 0:2.

Тогда же он узнал, что накануне в СССР был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР № 639 «О мерах по усилению борьбы против пьянства и алкоголизма».

Готовясь к последнему экзамену, Платон не смог вовремя поздравить, находившегося на даче отца, с его днём рождения, оставив это на вечер пятницы.

Последний свой экзамен по Организации производства и планированию предприятий Платон в среду 21 июня на «хорошо» сдал преподавателю Смирнову.

На этом его десятый семестр и весь пятый курс окончился.

А в пятницу 23 июня московские динамовцы дома уступили 0:1 своим минским одноклубникам, о чём Платон узнал уже на даче, поздравляя отца с днём рождения и победой его квази земляков.

А Пётр Петрович поздравил сына с успешной сдачей весенней сессии и окончанием уже пятого курса, и в отсутствие Алевтины Сергеевны в деревне, в качестве борьбы с пьянством, угостив сына своей фирменной рябиновкой.