Читаем Молодость может многое полностью

— Надо же?! Жуков знает, даже как меня зовут! Значит, ему обо мне говорили, или он мною сам интересовался — видел мою игру?! Так значит, он ценит меня, как футболиста! Это приятно! — пронеслось в голове ещё не успевшего возбудиться от игры Кочета.

— «Давай-ка ложись на лавку! Я сейчас принесу перекись с ватой и вызову скорую! У тебя явное рассечение — надо зашивать!» — обеспокоился тренер.

Из тренерской комнаты он быстро принёс перекись водорода с ватой и дал их Платону, вернувшись вызывать по телефону скорую помощь. Но та приехала не так быстро.

— «Вячеслав Михайлович! А я смогу выйти на поле?» — успокоившись и устав ждать, спросил Платон.

— «А зачем тебе рисковать? Ты, что? Играешь на деньги или на корову?! И без тебя сыграют! Береги своё здоровье! Жди! Приедет врач и скажет!».

— «Так у нас нет запасных и мои там без меня мучаются!?».

— «Да всё равно твои проиграют, хоть без тебя, а хоть с тобой!».

Наконец приехала скорая помощь. И из-за внимания к его персоне Кочету даже стало несколько неудобно.

— «У вас голова не кружится и не подташнивает?» — сразу спросила пожилая врач скорой.

— «Да сотрясения у меня нет! Только кровь надо остановить!» — ответил Платон.

— «Да кровь я вам остановлю! Но сегодня надо будет обязательно зайти в травмопункт и зашить рану! У вас рассечение!» — обработав рану, заклеив её и сделав Платону повязку, ответила врач, закрывая чемоданчик и записывая данные Кочета.

— «Спасибо! Обязательно зайду! А играть мне сейчас можно?!» — поблагодарив врача, спросил он.

— «Ты что?!» — замаха на него руками Жуков.

— «Если голова не болит и не кружится, то можно, но очень осторожно! Всё на ваше усмотрение! Но я бы не стала!» — ответила женщина, с удивлением глядя в глаза настойчивого парня.

— «Врач разрешила! Я полетел!» — радостно улыбнулся Кочет Жукову, с нетерпение вылетев на улицу.

— «Ну, лети! Только будь осторожен, как врач сказала!» — вслед ему махнул рукой тренер, про себя же улыбнувшись и подумав:

— Вот какой Кочет оказывается упорный, смелый и настырный! Недаром учится в Бауманском! Себя не бережёт, за товарищей переживает! Ведёт себя, как капитан! Молодец! Вот бы все мои футболисты были такими же мужчинами!

Подойдя к трибуне, Платон узнал, что идёт уже середина второго тайма, а счёт всего 0:2.

— Ой, какие мои молодцы! Надо срочно выходить и помогать им! — мгновенно решил он, увидев уставшие и потные даже зимой лица товарищей, тут же попросив судью разрешение выйти на поле.

— «Ну, как ты? Играть сможешь?» — дал ему накоротке пас Толя Багров.

— «Ещё как! Сейчас я им покажу!» — принял от него мяч Кочет, сразу резко рванув вперёд.

А вскоре почти у боковой линии по диагонали к углу штрафной площадки соперников судья назначил штрафной удар. И Кочет взялся пробить его. Но до ворот было далеко, поэтому Платон сделал навес в штрафную. Но в азарте и преодолевая снежную порошу, он ударил так сильно, что мяч перелетел почти через всех к дальней штанге, к которой уже рванул Багров. Но не успел тот добежать, как мяч, около девятки ударившись в тонкую штангу переносных зимних ворот, влетел в них — 1:2.

Тут-то товарищи Кочета воспряли духом. Но чемпионы разозлились и усилили давление. И вскоре забили третий гол. Но больше забить самоотверженные технологи им не позволили.

— «Ну, ты и миллиметровщик, Платон! С такого расстояния и так точно попасть!?» — после игры услышал он от капитана и центрального защитника соперников Вити Крылова.

— «Да случайно! В азарте был!» — смущённо объяснил Кочет.

— «Вот так ты бы мог играть за сборную Реутова!» — добавил Виктор.

— «А я ещё бегу и думаю: успею, и попадёшь ли ты сам? Но если бы мяч отскочил в поле, я бы наверно успел добить его?!» — поделился моментом и капитан его команды Багров.