Читаем Молодость может многое полностью

— «Пап, так в Тунисе стало как у нас! Одна партия и потому один кандидат в президенты — её руководитель! И ещё почти единодушное голосование «за»!» — вечером поделился по телефону своими наблюдениями младший Кочет со старшим, позвонившим ему из Трускавца.

Но отцу нечего было ответить по существу, и он пошутил, объявив сыну, что домой приедет к празднику:

— «Так значит у них скоро тоже будет социализм!».

В понедельник 3 ноября Платон познакомился с сослуживцами Юрия Сарычева, учившегося в МВТУ по специальности П9 «Радиоэлектроника» и видевшего Кочета ещё с 1967 года. А теперь он окончательно и подробно познакомился с ним, особенно близко, когда по заданию Анатолия Багрова стал собирать футбольную команду. Юрий Сарычев работал на том же третьем этаже в комнате за архивом в группе Валерия Георгиевича Слонова.

Кроме них в ней работали его одногруппник и ровесник Евгений Гродинский, тридцатилетние самбист Анатолий Артамонов, хохмач Евгений Светозаров и футболист Виктор Утёнков. Вместе с группой Евгения Шишкина они входили в сектор Саенко Отдела Главного Технолога. В задачу группы Слонова входило обслуживание аппаратуры программного обеспечения станков с числовым программным управлением (ЧПУ), размещавшихся в цехе № 2. В их задачу входило при выполнении заказа по изделию С-1 выбирать излишний металл в дюралюминиевых обечайках, создавая сотовые конструкции.

Это были как раз те самые станки, работать на которых Платона Кочета, Феликса Штифмана из ОГТ и ещё троих студентов-вечерников в конце 1966 года агитировал главный инженер А. А. Тавризов. Но почему-то до обещанного дело так и не дошло. И это удивило Платона.

А соседняя группа Шишкина занималась непосредственно переводом программ с перфолент на магнитные ленты.

На следующий день Платона удивил и президент США Ричард Никсон, заявивший по радио и телевидению, что в американском обществе углубляется раскол из-за войны во Вьетнаме, но поспешный вывод американских войск из Индокитая обернётся катастрофой для США.

В этот же вечер лидеры чемпионата СССР по футболу дружно сыграли свои матчи вничью и разрыв между ними, как и интрига, сохранились. А Платон из-за учёбы не попал на праздничный вечер.

А 5 ноября Кочеты узнали, что учреждена медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина». И Платон обоснованно понадеялся, что его родители будут ею награждены.

В этот же день он познакомился и со всеми остальными сослуживцами Валерия Попова, сидевшими в комнате № 26.

Их бригадой, занимавшейся двигательными установками (ДУ) и другими агрегатами к ним, руководила Зоя Петровна Мартишина, чей муж был Главным металлургом предприятия. Ведущим инженером-технологом был Владимир Андреевич Митрофанов, взявший шефство над молодым сотрудником В.Ю. Поповым. Старшим инженером-технологом работала Людмила Леонидовна Погорелова, а инженерами-технологами Виктор Родионович Телков, Рая Елизова и Лариса Филиппова.

В этой же комнате сидела, руководимая Александром Петровичем Костиным, бригада, занимавшаяся штамповкой и сваркой топливных баков.

Из её состава около Попова сидел, подружившийся с ним тридцатилетний Геннадий Евгеньевич Рабинов.

В шутку многие в ОГТ называли сотрудников этой комнаты № 26 «ДУбаками», как, впрочем, почти аналогично и сотрудников Юрова и Пучкова из 22-ой комнаты, но не в шутку, и очень редко звали «комната «плантрудрасцеховщиков».

В ОГТ вообще работало много интеллигентных и образованных людей, в том числе с тонким чувством юмора, особенно перед праздниками.

В следующий предпраздничный день в четверг 6 ноября киевляне дома 4:0 разгромили «Зенит» и теперь ждали после праздника результат ответного матча «Спартак» — ЦСКА.

На ноябрьские праздники к Кочетам в гости приехал Юрий Сергеевич Комаров с шестилетней младшей дочерью от первого брака Ириной. Главной целью его поездки было показать дочке Москву.

— «Ириша, угости брата ландрином!» — услышал Платон с детства забытое дядей Юрой название леденцов.

Но та насупилась, замерла и замолчала, затравленным зверьком глядя на большого взрослого двоюродного брата. Так она молча и с испуганным видом и стояла у стола, не отвечая ни на какие вопросы, пытавшегося её растормошить, Платона.

— Какая дикая девочка!? Или ей жалко конфет? Но она же не отвечает ни на какие мои вопросы!? Видимо я на неё действую, как удав на кролика?! — про себя усмехнулся Кочет.

На празднование 52-ой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции в пятницу 7 ноября армейский политработник лейтенант Павел Васильевич Олыпин с утра был в своей воинской части в дивизии имени Ф.Э. Дзержинского.

А после обеда он заскочил домой весь в мыле, чтобы успеть позвонить в Харцизск матери по заказанному им междугороднему телефонному разговору. Ведь мать Павла — Неруш Елизавета Акимовна — была ровесницей революции.