Читаем Молодость без страховки полностью

– Авророчка! Красавица ты наша! Ведь тебе ничего не стоит попросить у Эмина Задовича... Ведь ничего не стоит! Он к тебе так хорошо относится! – вовсю плевалась Артухова, больше и больше увлекаясь. – Все знают, как он тебя любит, что он тебе всякие подарки дарит... Мобыть, ты замолвишь словечко за бедную Марь Иванну?! А? Он же тебе ни в чём не откажет, – канючила она. – Пускай хоть перед пенсией переведёт меня в завхозы из уборщиц! Авророчка, миленькая! Никогда тебе этого не забуду, всю жизнь на тебя молиться буду, пылиночки сдувать!

– Откуда вы взяли, что он меня любит? – поразилась Аврора. – И что это он мне дарит?! – оторопела Метёлкина – она ни разу ничего не приняла от Эмина Хосе.

– Да все говорят, что у вас с ним роман!

– Кто – все? – Аврора уставилась на Артухову непонимающим взглядом.

– Ну, я не знаю! Не знаю я! Мобыть, я чего и перепутала... – пошла на попятную она и снова так же внезапно, как прекратила, начала рыдать: – Кто, кто тогда мне поможет?! Бедной женщине-е-е-е!

– Успокойтесь, Марь Ванна, успокойтесь! Мы чего-нибудь придумаем! – успокаивала Артухову Аврора, но та, включив пылесос, принялась интенсивно удалять пыль с ковра – так, будто стремилась проделать в нём дыру.

Аврора тут же направилась в кабинет посла. Сердце её бешено билось, щёки полыхали огнём от поразительной, чудовищной несправедливости, которую она, как и её отец – Владимир Иванович Гаврилов, не переносила патологически.

В приёмной Вера Фёдоровна по обыкновению печатала двумя указательными пальцами с вдохновением великого пианиста чью-то диссертацию на казённой бумаге, никого и ничего не замечая. Наша героиня пролетела мимо неё и, постучав для приличия пару раз в дверь Эмина Хосе, ворвалась в кабинет, подобно смерчу.

– Авророчка?! Что случилось, Авророчка? Ведь что-то случилось? Да? – зачастил он (Эмин Хосе, когда волновался, говорил так, будто спешил на пожар), ковыряя пачку «Мальборо» длинным ногтем мизинца правой руки.

И вдруг волна эмоций, вызванных сплетницей Артуховой, отошла от Аврориной души, и её захлестнула новая – стыдливая. «Как глупо, как глупо было с моей стороны прийти сюда! Зачем? Для того чтобы пожаловаться?!» – пронеслось в её голове.

– Нет, так, ничего. У меня был вопрос... к вам...

– Пожалуйста, пожалуйста, Авророчка, – вскочив с кресла и отбросив сигаретную пачку, засуетился Эмин Хосе.

– По работе... – мямлила Аврора, придумывая, какой такой вопрос по работе у неё бы мог возникнуть к послу. – Но стоило мне только войти к вам в кабинет, как я сама его и решила, – выкрутилась она.

– Э-э! Авророчка! Вы не умеете лгать! – разоблачил её Ибн Заде. – Ваши глаза говорят за вас! – и он посмотрел на неё печальным и одновременно проницательным взглядом.

– Да что они могут сказать! Ничего, ровным счётом ничего... Ну я пойду, да? – и Аврора попятилась назад, к двери.

– Стойте! Расскажите мне. Ведь вас что-то взволновало, я ведь знаю. Вы, Авророчка, не придёте ко мне лишний раз. Вы избегаете меня!

– Ну что вы!..

– Да, да! Вы шарахаетесь от меня как от чумы! Быть может, вы брезгуете мной? Скорее всего, да. Я противен вам, – Эмин Хосе разговаривал так, словно в кабинете никого, кроме него, не было.

«Какая я всё же дура! И для чего, для чего я только пришла к нему?!» – проклинала себя в душе Аврора.

– Поделитесь со мной, Авророчка! Ведь я вам только добра хочу! Милая, дорогая! – молил посол, и Аврора взяла да брякнула:

– Только что я видела Марию Ивановну Артухову...

– А-а, ну тогда всё понятно!

– Что вам понятно?

– Она поведала вам все сплетни, которые гуляют по посольству, – вот что.

– Почему вы так думаете?

– Потому что если хочешь, чтобы о чём-то узнали все, – расскажи Марии Ивановне. И через полчаса об этом действительно будут знать все, вплоть до водителей из гаража и официанток из столовой.

– Нет, ничего она мне не поведала. Она ревела белугой, потому что к ней тут несправедливо относятся! – выпалила Аврора – она в отличие от своего родителя не только не переносила несправедливого отношения к себе, но и к окружающим.

– И вы тоже так думаете? – с интересом спросил посол.

– Да. Если она работает тут уборщицей, почему её используют ещё и как курьера? Это при том, что Артуховой осталось два года до пенсии. Она далеко не девочка! – высказалась Аврора.

– Вы правы. Вы совершенно правы.

– К тому же она очень хочет занять должность завхоза. Она давно у вас работает и вообще... – брякнула Метёлкина и тут же пожалела: «Какое я имею права просить его? Кто я такая? Что-то я сегодня всё делаю не так!» – Впрочем, это не моё дело! Я, пожалуй, пойду.

– Нет, Авророчка, постойте, побудьте ещё минутку. Если вы считаете, что Марь Ваннну нужно повысить, я сегодня же произведу её в завхозы! Но ведь не только это мучило вас, когда вы направили свои точёные ножки в сторону моего кабинета?!