Читаем Молодой бог (СИ) полностью

Я как заворожённый не мог оторвать взгляд от его лица, от его глаз. Мы были близко, я чувствовал его тело, какой он живой и реальный. Ноги сначала не хотели слушаться, сказывалось опьянение, но вскоре я уловил этот ритм и стал повторять точь в точь за дядей. Он улыбнулся, я тоже улыбнулся.

Биться ты не в силах с водой,

осушить их пьяный дух,

обманул нас Отец Святой,

Рай для нас навсегда потух.

Мы были в такой гармонии, что я аж задрожал от этого незнакомого ранее ощущения экстаза. Мы двигались так, словно были созданы для этого. Всё осталось позади, была лишь мягкая комната, приятный запах, граничащая с превосходством музыка и мы. В моей голове горело: «М — значит Мориарти». И тут музыка резко замерла, её как будто подбросило волной, а затем она обрушилась снова, унося нас в нереальный океан превосходных движений.

Бог уж пьян

Погляди, как океан багрян

Будь же первым, кто поднимет меч

Дай же крови в кубок твой потечь…

Сначала Джим тоже замер вместе с музыкой, но с новым толчком резко наклонил меня назад. Я сразу вспыхнул, мне это во-первых, доставило большое удовольствие, а во-вторых, я сразу ощутил его настрой на нечто импровизированное. И я был готов. И я хотел этого.

Дядя уже успел опустить меня и плавно поднять обратно. Я развернулся и отстранился от него, а затем с напором вернулся к его рукам. Мы продолжили наш совершенно импровизированный, но прекрасный и слаженный танец. Я был вновь опущен и поднят, я наступал на Джима, играя с ним, и был сокрушён его отдачей. Плавные движения, один предугадывает действия другого. Я очарован. Я снова был готов упасть перед ним на колени. Да, бог пьян. И он передо мной.

Я позволил своим рукам под музыку изучать тело дяди, как и он изучал моё.

Ты не бросишь безумцев в море?

Измени нас в потопе Святом

Молвил ты, что их будет трое

Твоя кровь обернулась вином

Мы уже двигались просто так, лишь иногда возвращаясь к традиционным движениям вальса. Я подпевал исполнителю, смотря Джиму в глаза, смотря на его губы… Запах опьянял меня сильнее всякого вина, хотелось прижаться сильнее, хотелось…

— На самом деле, — вдруг сказал я, охрипшим голосом. — бы не хотел быть королём. — Джим улыбнулся. — Я бы хотел быть принцем.

— Ты итак принц.

Мой отец, ты войну не потушишь,

наши души уже не чисты

Пусть в Святую воду их погрузишь,

аморальны всё ж будем мы

Я пьяно улыбнулся, повиснув на шее дяди.

Как ты хлеб и вино раздуваешь?

Я замер. И моё сердце тоже.

Мы накормлены, ты наполняешь

Я уставился на его губы.

Твои вены полны вина,

Мы же целовались только раз… Я посмотрел в его глаза. Я падаю на колени…

Точно так же и у меня.

Я поддался вперёд, ведомый тем наваждением, тем желанием. Атмосфера была слишком топящая всякие льды. Я не устоял. Он был так близко, я уже ощутил дыхание и тепло, мои ноги уже начали подкашиваться…

Мой отец, ты войну не потушишь,

наши души уже не чисты

И тут его ладонь легла на моё лицо. Внутри меня всё сразу рухнуло. Я разочарованно и возмущённо посмотрел в глаза дяди. Тот оставался невозмутим. Я был отстранён на безопасное расстояние.

Пусть в Святую воду погрузишь,

аморальны всё ж будем мы….{?}[God is Drunk — Resa]

Я предпринял ещё одну попытку и снова приблизился, но тут же был вновь отвергнут. Теперь вместо трепещущего чувства я ощущал гнев. Что не так?

— Я не целуюсь с родственниками. — таков был его ответ.

Я вспыхнул огнём ярости.

— Что?! — музыка стихала, а мои эмоции нет. Мне даже хотелось смеяться. Что за бред? — Но… — я замахал рукам. — Ты же трахаешь меня! Это с родственниками можно делать?!

Джим ухмыльнулся и налил себе ещё. Он был спокоен как удав. Только у меня зубы скрипели. Всё было так идеально! Это было бы просто… божественно! Но нет, надо всё испортить своими бредовыми принципами.

— Целуются любовники, Эдвард. — Джим развернулся ко мне со стаканом в руке. — Мы с тобой не любовники.

Я еле как проглотил огромный комок неожиданного разочарования и боли. Каждый атом во мне был готов взорваться и сжечь всё вокруг. Я был чертовски обижен!

— А кто мы?! — заорал я, подойдя к нему.