Читаем Молодой бог (СИ) полностью

Мне просто стало не по себе, но я верил, что у дяди есть план. Однако мы, кажется, не спешили уходить. Джим резко обрушил стопку свежих долларов. Бумажки разлетелись по полу. Я уставился на это, ощущая одновременно экстаз и ужас. Странно, знаю. Но тут Мориарти схватился за меня и принялся танцевать со мной. Я тут же поймал эту безумную идею: танцевать на деньгах, среди денег, в сейфе банка, когда полиция всего лишь за огромной непробиваемой дверью.

— Пой. — прошептал мне Джим.

Я хочу, чтобы ты остался.

Я уже улыбался. Мне нравилось.

Я говорил, что ничего не чувствовал, но я лгал,

Я чуть не лишился части себя, отдавшись тебе,

Я лишь пит-стопом стал,

Пока ты решал, отдаться ль судьбе.{?}[Call out my Name — the Weeknd]

Я уже оторвался от Джима и стал ходить, разбрасывая деньги, посвящая дяде свою оду. И если это странно, мне плевать, потому что мы другие. Мы смеялись, я взобрался на одну из стопок золота и взглянул на всё сверху. Боже, я почувствовал себя королём.

Как мы ушли? Я и сам не понял. Кажется, мы вышли оттуда, откуда пришли. Да, там было много копов, но… они все… я так и не понял, что случилось. Мы просто прошли мимо…. Или может Джим им что-то показал или сказал. Не знаю. В меня вселился какой-то демон. Я смотрел вперёд, идя как тот же король. Всё подвластно. Нет исключений.

Когда мы снова окунулись в темноту перед выходом на крышу, я достиг пика. Я не мог перестать думать о Джиме, о том, что мы делали и о том, что мы можем. Дядя уже вышел на свет, но я остановил его, прижав к стене. Тот сумасшедше глядел на меня.

— Можно отсосать тебе?

Не дождавшись ответа, я встал перед ним на колени. Вдруг рука Джима остановила меня от расстёгивания его ремня.

— Ты не должен становиться на колени ни перед кем. — строго сказал он, тяжело дыша.

Я быстро профильтровал его слова.

— Ты единственный перед кем можно. Ты тоже Мориарти.

Этому Джим не смог возразить. Я распознал это как разрешение, и продолжил творить безумие. Я ни разу не делал никому минет. Но это меня не остановило. Джим смотрел на меня так, словно я был самым странным созданием на свете. Я достал его член и впервые увидел его так близко. От возбуждения, порождённого происходящим, мне снесло крышу, и я впервые в своей жизни взял в рот. Я был слишком занят, чтобы думать хоть о чём-то, кроме члена моего дяди и о ком-то, кроме самого Джима. Я старался, ведомый желанием доставить дяде удовольствие. Подняв глаза, я встретился с его темнотой. Но приоткрытый рот, учащённое дыхание, взгляд, полный мыслей… он думает. Он сейчас думает о чём-то. Причём яростно, судя по сосредоточенности в глазах.

Рука Джима медленно легла на мой затылок спустя несколько минут. Я даже удивился, что он так долго, а после испугался, что виной всему моя неопытность. Дядя надавил на мою голову, заставляя меня давиться. Его брови на миг съехались к носу, а зубы сжались, словно он очень злится. Но следом он откинул голову назад и прикрыл глаза. И только тогда, спустя ещё минуту, он кончил.

Я всё проглотил.

Странно, но я почему-то ощутил неловкость. Словно я сделал что-то не так, потому что Джим не сказал ни слова, задумавшись о чём-то.

Когда мы оказались снова в вертолёте, меня вновь охватил экстрим высоты, и я решил, что разберусь с тем, что произошло позже.

— Знаешь, — вдруг начал я. — хочу чего-нибудь действительно опасного. Того, где ты не сможешь применить свои штучки. — я поиграл пальцами, указывая на дядю. — Где придётся реально действовать, а иначе… — я не закончил, потому что захлебнулся от воодушевления и предвкушения.

Мориарти выгнул бровь и приподнял уголок губ. Вызов принят.

Вертолёт тряхнуло, Джим повернул штурвал влево. Теперь мы направлялись куда-то в другое место. Я решил не гадать, ведь с Мориарти не погадаешь. Снова я был впечатлён видом сверху. Это действительно захватывающее развлечение. Под ногами роились машины, автобусы, поезда, по реке плыли катера и небольшие баржи. Над нами сияли звёзды. Я смотрел на них, вытянув шею и припав к окну. Как прекрасно. Между небом и землёй.

Вскоре мы стали снижаться. На этот раз я разглядел много всего. Мы приземлились посреди грёбаного зоопарка. Запах карамели и попкорна ещё не успел выветриться, животные слонялись по своим клеткам и издавали звуки природы. Я задал Джиму немой вопрос, а он мне ответил игрой бровей. Ясненько. Я был в зоопарках, конечно, но никогда особо этим не восхищался. Держать животных в клетках — бесчеловечно и просто омерзительно. Не скрою, иногда на базе я чувствовал себя так же.

Мориарти шёл вдоль вольеров с пони и зебрами, затем свернул к оленям. Я шёл чуть дальше.

— А здешний охранник ничего не скажет? — усмехнулся я. — Мы всё-таки вертолёт посадили посреди зоопарка.

— Ну, у нас есть какое-то время, прежде чем он проснётся и вызовет полицию. — спокойно ответил дядя.