Читаем Молчаливый полностью

Одетый в чёрный магловский костюм Блек, которого консультировала по поводу одежды какая-то из его пассий, держал в руках только небольшой чемоданчик. Деньги семьи он частично перевёл куда-то в Северную Америку, так что следов через Гриннготс найти было невозможно. Зачарованный подчинёнными Аластора международный портключ, место прибытия в котором настраивал лично старый аврор, лежал на перилах. Изящная каменная роза, буквально светившаяся от вложенной в неё несколькими волшебниками силы, изредка озаряла маленький сад вспышками света.

— Удачи, крёстный.

— Передавай привет старому Иосифу, — хмыкнул Грюм.

Каменная роза в руке Сириуса засветилась, наполнив сад розовыми искрами, сияние поглотило фигуру Блека, и он растаял, рассыпавшись множеством жемчужных искр. Красиво.

— Эх, — Грюм первым оторвался от созерцания тающего облака магических светлячков. — Сколько раз видел сработавший международный портал — и всё равно любуюсь. Красиво.

Я с уважением покосился на иссечённого шрамами пожилого мужчину. На первый взгляд в этом убийце с многолетним стажем сложно было заподозрить человека, способного видеть красоту в окружающем мире.

— Что смотришь? — ворчливо бросил заметивший мой взгляд Грюм. — Думаешь, старик Грюм годится только на то, чтобы убивать одних идиотов и защищать других?

— Нет, мистер Грюм, — почти честно ответил я.

— Ладно, — он зашагал к выходу из запущенного сада. — Сейчас нам с тобой говорить особо не о чем, знания у тебя не те, а вот когда хотя бы школьную программу по Защите дотянешь, и в форму придёшь... Тогда и свидимся, Гарри. Зелье пришлю совой, будешь должен.

— Хорошо, мистер Грюм, спасибо вам.

— Провожу тебя до Хогсмида, — буркнул старик.

Ухватив меня за плечо, он тут же аппарировал, и в следующее мгновение мы уже стояли на окраине Хогсмида.

— Завидую я Блеку, — ворчал Аластор, пока мы шли к видневшемуся вдалеке Хогвартсу. — Он теперь будет до самой осени нежиться на пляжах, обниматься с красивыми женщинами, пить хорошее вино. Ну да Иосиф выбьет из него лишнюю дурь.

— Иосиф?

— Такой же старый пень, как и я, — ответил Грюм, тяжело опираясь на моё плечо. — Только хитрый еврей давно ушёл на покой и воспитывает внуков в собственном поместье, которое оттяпал себе во время службы в тамошнем Аврорате.

Постепенно мы подошли к границе Хогвартса, за которой начинались круги магической защиты, если верить «Истории».

— Ладно, — отпустив моё плечо, Грюм остановился. — Дальше ты сам, там Дамблдор ваш ходит, глаза б мои на него не смотрели.

— Мистер Грюм, а за что вы его так не любите? — прямо спросил я, доверившись интуиции.

— Благодаря его мягкосердечию и всепрощению от Азкабана отвертелось слишком много тех, кто сейчас бросится лизать пятки Лорду. Моя б воля — я бы того же Малфоя или братьев Ноттов отправил с пожизненным или сразу приговорил к Поцелую, чтоб уж наверняка. Ну да Крауч-старший в разгар судебных процессов полетел с должности и чуть сам не отправился в Азкабан из-за сыночка-Пожирателя. А те, кто пришёл на его место, слишком любили золото «раскаявшихся» Пожирателей или слишком вслушивались в речи о добре и всепрощении Альбуса. Он неплохой политик, Альбус, и в целом именно он удерживал Фаджа от самых глупых ходов, но вот общее направление его политики мне не нравится.

— Например?

— Например он один из тех, кто стоит за запретами на серьезные книги. Тут получается занятная история. Те, кто хотят убивать себе подобных, всё равно найдут знания о темной магии, которая в боевом применении, как ни крути, всё ж посильнее светлой будет, не та у светлой... направленность. А действия Визенгамота и Министерства под управлением Дамблдора и Фаджа ведут к тому, что законопослушным волшебникам будет банально нечем защищать себя от преступников. Так что их благими намерениями можно попросту подтереться. Но признать свою неправоту Фадж не сможет никогда, а Дамблдор верит, что постепенно выдавит заразу темной магии из страны. Но у него это не получится никогда.

— Мистер Грюм, — остановил я уже уходящего аврора. — Получается, самая сильная боевая магия — тёмная?

Грюм остановился, потёр исчерчённый шрамами подбородок и задумался.

— Если бы такой вопрос задал мне кто-то из хогвартских студентов, я бы отправил их к чёрту, а выпускника Академии Авроров — на пересдачу. Но ты этого знать не можешь, а эти сведения тебе могут пригодиться. Давай-ка ещё пройдёмся...

Аластор медленно пошёл вдоль опушки Запретного леса, поманив меня за собой.

— Боевая магия, Поттер, слишком обширная тема, чтобы так сразу сказать. В целом светлая магия не слишком предназначена для убийства, хотя... Бывают умельцы, способные убить даже вроде бы безвредными заклинаниями. Но таких мало. Светлая магия — созидательна по своей сути. Стихийная магия, трансфигурация — это уже не светлая магия. Хотя ни один теоретик не даст тебе внятного ответа, чем в общем отличается мощное Инсендио от огненного кнута. Но одно считается стихийной магией, второе — тёмной.

— Получается, граница очень зыбкая?