– Может быть, вы все-таки пройдетесь пешочком? – спросил он. – Я не люблю, когда меня оскорбляют.

– О, извините, пожалуйста. Но все стало так дорого.

Она уселась на заднее сиденье.

Шофер включил мотор и спросил официанта:

– Вы слышали, у вас в отеле сегодня разбился какой-то мужчина.

– Кто?

– Какой-то иностранец. Говорят, он был пьян и хотел пройтись по крыше.

– Хозяин, вероятно, был очень доволен? А? – усмехнулся официант.

– Я видел, как минут десять назад к вам приехали полицейские из Андрэтса. Четверо.

– Значит, четыре бесплатных ланча, – вздохнул официант. – Полицейские не любят работать на пустой желудок.

17

Один из гостей принес на террасу ресторана маленький портативный патефон, и его жена разыскала в ящике для пластинок «фламенко». Нежные звуки гитары, наигрывавшей мелодичный аккомпанемент, вдруг нарушил резкий голос певца, слишком громко прозвучавший, в полуденной жаре.

Думы Изабель Кеннер, все еще стоявшей на балконе, были прерваны этим резким, громким голосом. Она перегнулась через перила.

Грегори Фолл сидел один. Ее муж ушел от него. Пока она смотрела на Грега, официант принес ему вино.

Неужели он пьяный? И почему он начал пить с самого утра? Потому что разговаривал с этим немцем и Чаком? Потому что они что-то рассказали о ней? В конце концов, почему он должен ей верить? Она совсем чужая для него. Просто женщина, с которой он переспал. Женщина, которая среди ночи сбежала от своего мужа. Почему бы ему не поверить всему, что они о ней рассказывают? Но она не допустит, чтобы последнее слово было за ними. Нет. Теперь ее очередь говорить с ним. Ее очередь.

Изабель поспешила в комнату. Где-то в чемодане у нее был кровоостанавливающий карандаш. Нужно одеться и замазать все эти раны. Грег подождет, он никуда не уйдет. Он, вероятно, совсем пьяный. Изабель намочила платок, села на край кровати и начала стирать запекшуюся кровь с многочисленных царапин и ран»

Мисс Дэвид заплатила шоферу такси пять песет, вышла из машины и поплелась по пыльной дороге к отелю. Руки тряслись от усиливающегося волнения. Теперь, когда она была уже здесь, когда всего лишь несколько минут отделяли ее от разговора с миссис Кеннер, она вдруг почувствовала страх, жуткий страх. В конце концов, откуда она знает, что из себя представляет миссис Кеннер? Возможно, она вовсе и не занимается контрабандой бриллиантов, а это у нее свои.

Поддавшись панике, мисс Дэвид совсем уже было решила вернуться в Пальму и там забыть обо всем, что случилось. Но в руках она держала этот бумажный кулечек, а ни один человек на свете не решился бы просто так выбросить кулечек с таким огромным состоянием. Потом у нее промелькнула мысль отдать этот сверток дежурному клерку, чтобы он передал его по назначению.

Но они все воры, эти дежурные клерки. Что если он украдет несколько бриллиантов? Нет, она должна вручить этот сверток лично.

Все еще дрожа от волнения, мисс Дэвид прошаркала по ступенькам в своей ужасной, надетой набок желтой шляпе, вся увешанная фальшивыми драгоценностями, сверкавшими в ярких солнечных лучах. Она вошла в холл, и, слава богу, там, кроме дежурного клерка, никого не было.

– У вас в отеле есть миссис Кеннер? Я хочу сказать, у вас остановилась миссис Кеннер?

Клерк посмотрел книгу.

– Нет, мадам.

О, боже! Мисс Дэвид чуть не заплакала. Весь этот путь проделан впустую. А затраты? Ах, да, вспомнила она, Мэгги говорила, что миссис Кеннер была здесь с мистером Фоллом.

– А мистер Фолл остановился у вас?

– Да, мадам.

– Могу я его видеть?

– Кого? Мистера Фолла или миссис Фолл?

– Что? – «Боже мой! Хотя что можно ожидать от женщин, у которых так много бриллиантов», – подумала мисс Дэвид. – А как она выглядит, миссис Фолл? Молодая, темноволосая, очень хорошенькая леди?

– Да, – сказал клерк, – это действительно миссис Фолл. В настоящий момент она в своей комнате, номер двести четыре.

– О, благодарю вас! Благодарю вас!

«Если эта девушка живет в грехе, она не может слишком высокомерно обойтись со мной, – подумала мисс Дэвид. – Конечно, не может». Теперь страх у нее поубавился, и она, громыхая стекляшками бус, начала подниматься по лестнице.

Гельмут Фрейтаг видел, как она вошла. Он слышал, как она сначала спрашивала миссис Кеннер, а потом миссис Фолл. Он подумал: кто эта мулатка? Она может быть и портнихой, и подругой миссис Кеннер, кем угодно. Он был очень рад, что эта старуха не пришла немного позже, тогда бы она застала его в комнате миссис Кеннер.

Потом не должно быть никаких визитов. Его встреча с Изабель Кеннер должна проходить без свидетелей. Пускай сейчас все идут к ней. Это ее последние визитеры.

Изабель Кеннер смазала все раны и сняла желтый бюстгальтер купальника. Кто-то постучал в дверь. С минуту она постояла в нерешительности, полуобнаженная. Это, конечно, Грег! Он пришел поговорить со мной.