Читаем Моя невыносимая полностью

— Ей полегчало, — отвечает и окидывает меня своим внимательным, зорким глазом. — Эльдар, мальчик мой, ты ничего не хочешь мне сказать? — прищуривает она глаза и начинает всматриваться в мое лицо.

— Нет. А должен?

Тетка берет меня под руку и отводит в сторону. Подальше от посторонних ушей.

— Ты же понимаешь, что она старше тебя, — заговорщицки шепчет она.

— Не понимаю, к чему ты клонишь, — пытаюсь делать равнодушный вид.

— Не притворяйся. Твои чувства к этой женщины столь очевидны, как и то, что небо голубое, а трава зеленая, — бурчит она. — Ты ведь умный парень и знаешь, что мой брат Дамир никогда не пойдет на это. Он не позволит тебе жениться на женщине, с сомнительной репутацией. Ты сломаешь и ей жизнь и себе.

— Ты меня жизни поучить решила? — рявкаю я.

— Глупый! Не поучить, а объяснить и предостеречь от ошибки. Если Дамир пожалеет тебя, как сына. То ее — нет.

— Я сам разберусь с тем, что мне, — тихо цежу.

— Эх, мальчик мой, — тетка с укором качает головой. — Не накликал бы беды на ее и свою голову.

Беру в руки телефон и набираю номер Леры. Слушаю гудки, пока вызов автоматически не прерывается. Понятно. Уже успела себя накрутить. Что-то мне подсказывает — она не перезвонит. Поэтому я решаю поехать к ней сам. Мне надо обязательно с ней поговорить и объяснить, что я никакого отношения к Карине не имею. И жениться на ней я не собираюсь. Меня совершенно не интересуют фантазии моей семьи по этому поводу.

На выходе из ресторана принимаю соболезнования наших дальних родственников и еще каких-то людей. Благодарю их и спешу в сторону стоянки.

Валерия

— Теть Лееер, — стучит в дверь племянница. — Ты там жива?

— Жива, — подаю голос и нажимаю кнопку смыва. Поднимаю тело с пола и придерживаясь руками за умывальник, смотрю на себя в зеркало. Давно я так не травилась. Вроде бы и ела свежие продукты. Может овощи плохо помыла и какую-то кишечную заразу подцепила? Умываюсь холодной водой и тщательно вымываю руки с мылом. Проходит несколько минут, и я снова чувствую приступ тошноты. О, черт! Возвращаюсь к своему белому, фаянсовому другу. И так все утро.

Пишу администратору эсэмэску, в котором сообщаю, что на работу сегодня не приеду. Там есть Эльдар. Пусть поработает вместо меня. А я буду отлеживаться и пить чай с сухарями. Если до вечера не отпустит, то придется ехать в инфекционку. Тем более, что мне все труднее и труднее находиться с ним на одной территории. Больно видеть его безразличные взгляды и притворятся равнодушной при этом. Это словно мазохистская пытка. Надо будет позвонить Громову и попросить у него отпуск. Хотя б на две недели. Слетаю куда-нибудь, где тепло и есть море. А что? По-моему, я на это заслужила.

— Ну как ты? — Катя протягивает мне стакан воды с лимоном.

— Легче, — делаю несколько небольших глотков. — Если не стошнит, выпью уголь, — ставлю стакан на стол и начинаю шуршать таблетками в аптечки.

— Дело, конечно, не мое, но теть Лер, ты не хочешь сделать тест?

— Какой тест? — нахожу упаковку активированного угля и откладываю ее в сторону. Так… что тут еще… Регидрон. Тоже подойдет.

— На беременность, — девушка отодвигает стул и садиться, напротив.

— Глупости не неси, — поднимаю на нее глаза. — Ты же знаешь, что у меня в анамнезе написано.

— И что? Когда ты проверялась в последний раз?

— Несколько лет назад.

— Вот видишь! А по правилам, гинеколога надо посещать один раз в полгода.

— Ты хочешь сказать, что мне придется встречать с сестрой в два раза чаще? — через силу пытаюсь юморить.

— Назови мне первый день последних месячных, — строго спрашивает девушка, а я начинаю перебирать в голове числа. Пятнадцатое… нет. Может, седьмое? Не помню…

— Какое это вообще имеет значение? — отмахиваюсь. — У меня часто сбои в цикле. Я за свою жизнь дважды лечила гормонами эндометриоз.

— Теть Лер, давай я в аптеку за тестом схожу.

— Не буду я его делать. Нет у меня никакой беременности и быть не может! — начинаю психовать.

— Вот видишь! У тебя даже в настроении качели начались.

— Так. Все. Закрыли тему, — беру аптечку и прячу ее обратно в шкафчик. — Вернемся к разговору о Кариме. Так что ты решила? — перевожу тему, потому как обсуждать свое бесплодие и невозможную беременность, нет ни сил, ни желания.

— Не знаю еще, — пожимает плечами. — Я до сих пор чувствую острую обиду на него. Не знаю, готова ли все ему простить.

— Сам он что говорит? Как себя ведет?

— Каждый день, после пар приезжает в институт. Цветы привозит и вкусности. Предлагает на выходных встретиться семьями и все обсудить.

— Твоя мать будет очень рада этому.

— Даже не сомневаюсь, — хмыкает Катя и незаметно обнимает рукой свой маленький животик. — Теть Лер, а ты что мне скажешь по этому поводу?

Услышав ее вопрос я на несколько секунд замираю, а затем говорю: — Слушай свое сердце и интуицию. Они сами тебе подскажут правильное решение.

Валерия

— Ну, что там, Свет? — смотрю на внимательное выражение лица сестры, которая вводит датчик УЗД для внутривагинального обследования. Это неприятно, но терпимо.