Читаем Моя невыносимая полностью

— Я, конечно. Дико извиняюсь, — беру слово и ловлю на себе недовольный взгляд отца. — А ничего, что ей только семнадцать исполнилось?

— Она не против, — твердо отрезает он.

Я снова окидываю оценивающим взглядом молодожена: — У меня есть сомнения на этот счет. Я предлагаю здесь и сейчас спросить ее саму. И узнать хочет она этого или нет.

— Эльдар, — рявкает хмурый дед. Пусть еще расскажет мне, про Аллаха, который обязательно накажет меня за грехи и позор семьи.

— Что Эльдар? Мы придерживаемся традиции, — отвечаю ему и снова смотрю на отца. — Не так ли, папа? — вижу, как она недовольно зажимает четки между пальцев. — Если мне не изменяет память, то для никяха должно быть добровольное желание обеих сторон.

Глава семейства недовольно шикает, но говорит что-то Аслану на ухо и тот выходит из комнаты.

Мне искренне жаль сестру. Ей в пору еще в куклы играть, а не замуж. Тем более за этого старика.

— Ты все правильно сделал, — дядя, подбадривая, хлопает меня по плечу, пока мы ждем невесту. Черт! Невесту! Даже думать об этом противно.

Спустя пару минут, Аслан приводит совершенно бледную Амину. Ее глаза вспухли и покраснели от слез. От вида сестры внутри меня что-то сжимается.

— Здравствуйте, — тихо говорит она и замирает.

— Амина, дочка, — обращается к ней дед Зафар. — Скажи нам, ты согласна стать женой Валида? — ведет рукой в сторону Сакаева.

Сестра молчит и лишь с силой закусывает губы.

— Ну же. Не бойся, — настойчиво подталкивает к ответу отец. Ее шокированный взгляд перебегает с одного лица на другое. Она растеряна. Не знает, как поступить. По одному лишь виду понятно, что никакой доброй воли в ее ответе не будет. Старик, сидящий слева от Сакаева, что-то тихо говорит ему на ухо. В ответ Валид лишь кивает, плотно сжав губы.

— Если ты не произнесешь в слух свое «да». Твое молчание будет расценено как согласие.

— Да, — сестра буквально выдавливает из себя. А на ее глазах снова появляются слезы.

— Все слышали? — хотя отец и обращается ко всем находящимся здесь, я понимаю, что вопрос адресован конкретно мне. — Уведи ее, Аслан, — говорит брату. Тот в свою очередь берет еле живую Амину под руку и выводит ее из комнаты.

Зараза! Взглядом провожаю сестру. У меня сейчас дико горит. Психуя, сжимаю несколько раз кулаки. Делаю глубокий вдох и выдох.

Эльдар

Мои родственники принципиально игнорируют меня. Они общаются исключительно с Сакаевыми.

— Эльдар, а ты куда? — вальяжно спрашивает Аслан, когда я встаю с дивана. Послать нельзя, но

безумно хочется.

— У меня важный звонок, — прищуриваюсь.

— Не хорошо оставлять гостей, — где-то сбоку недовольно цокает языком Зафар, перебирая

пальцами изумрудные чётки.

— Я скоро вернусь, — отвечаю с нажимом, глядя старику в глаза. Вижу, что ему не очень нравится

мое поведение. Но спорит сейчас со мной никто не будет. Выхожу из комнаты и быстрым шагом

иду на женскую половину. Поднимаюсь на второй этаж. Настойчиво стучусь к ней в комнату.

— Кто там? — слышу зарёванный голос сестры с той стороны двери.

— Это я, — отвечаю и жду, когда она разрешит войти. Спустя несколько секунд Амина открывает

дверь и молча впускает меня внутрь. Её лицо от слёз совсем запухло.

— Ты что-то хотел? — спрашивает, глядя себе под ноги.

— Когда узнала, что замуж выходишь?

— Сегодня утром, — просаживается ее голос.

— Весело, — прохожу вдоль ее спальни и сажусь в мягкое, розовое кресло. — Зачем ты внизу дала

согласие на брак?

— А разве у меня был выбор? — обреченно поднимает на меня глаза.

— Ты могла отказаться, — твердо отрезаю в ответ.

— Не могла, — мотает головой. — Ну вот представь ситуацию: я при свидетелях отказываю Сакаеву. Отец злиться и выгоняет меня из дому. Куда я пойду? Кому я нужна?

— Мне нужна. Я бы тебе свою квартиру уступил. И содержал бы материально.

— Эльдар, братик, — она подходит ко мне и проводит рукой по щеке. — Разве ты еще не понял, что у нас нет ничего своего. Мы всегда будем делать то, что решит за нас отец, — жалобно выдыхает.

— Лично я живу так, как хочу, — отмахиваюсь от ее слов.

— Ты живёшь так до тех пор, пока тебе это позволяет семья. И как только они решат, что тебе пораи зменить свою жизнь, ты сделаешь это беспрекословно. Или, возможно ты полагаешь, что сможешь жениться на той, кого полюбишь?

— Никто не заставит меня плясать под их дудку.

— Аллах! Да ты уже скачешь под нее. Просто пока не понимаешь этого, — закрывает лицо ладонями и устало трет лицо. — Иди, Эльдар. Тебя наверняка ждут внизу, — умоляюще просит она. И мне ничего не остается, кроме как оставить ее одну.

Пока иду обратно раскручиваю в голове маховик мыслей. А ведь она от части права. Отец реально манипулирует мной. Да и не только мной. Я даже в клубе согласился работать только потому, что он настоял на этом. Из столовой доносятся мужские голоса. Значит стол уже накрыт, и гости выхода. тся ужинать. Как будто есть что праздновать. От этой мысли морщусь, как от лимона. Хочу сделать шаг в сторону столовой, но в этот же момент меняю свое направление и иду в сторону выхода.

— Сынок? — слышу позади голос мамы, который заставляет меня притормозить и обернуться.