Читаем Мой выбор полностью

— Вообще-то, все нормальные люди для начала представляются. Но тебя, я освобожу от этого. Ты, как я понимаю, Холодов? Иван Андреевич? — Уточнил Араев и не дожидаясь ответа, продолжил. — 1987 года рождения, холост. Проживаешь с родителями, учишься в физкультурном техникуме. И что, пожалуй, самое главное, являешься ярым расистом и состоишь в националистической группировке, которая занимается избиением иностранцев. Все верно, я ничего не пропустил?

— Нет, начальник. — Хищно улыбнулся Бизон. — Ты что-то путаешь, никто никого не избивал и не избивает. Мы вообще против насилия. Мы — пацифисты.

Сказав это, Бизон громко рассмеялся, запрокинув голову назад. Араев чувствовал, как у него, все внутри закипает. Хотелось встать и ударить сидящего перед ним, смеющегося человека, но он сдержал себя, понимая, что такие действия, ничего хорошего, не принесут.

— Смех у тебя наверно нервный. Волнуешься же, думаешь, гадаешь, зачем меня вызвали? Почему именно меня? А я не буду тебя мучить, я скажу тебе. Ты и твои друзья, подозреваетесь в разгроме торгового центра «XXI век», убийстве трех человек, охранников центра, нанесении тяжких телесных повреждений, четвертому, выжившему охраннику, а также, вы подозреваетесь в многочисленных избиениях иностранных граждан на территории города. А это значит, что в скором времени, ты встретишь один из своих дней, в камере следственного изолятора. Доволен?

— Кишка тонка. — Лицо Бизона сделалось напряженным, желваки на скулах вздулись. — Ты можешь мне угрожать, сколько тебе вздумается, но мне все равно.

— А я тебе не угрожаю. — Араев достал из ящика папку с бумагами и положил ее на стол, прикрыв ладонью. — Мне вообще по сути дела, твои показания не нужны. Все что надо, я уже знаю. С тобой, чистая формальность, захотелось посмотреть, как ты себя поведешь. Что же, все как я и предполагал. Глупо конечно, но лично я, ничего не могу сделать.

Бизон закрыл лицо руками, наклонившись чуть вперед. «Ну, вот и все, приплыли, — подумал Араев. — Сейчас еще немного дожать и можно будет его оформлять». Он уже мечтательно перенесся в то время, когда за раскрытие столь сложного дела, его будут награждать, какой-нибудь почетной медалью или орденом, как вдруг заметил, странно дергающиеся плечи Холодова. Все это сопровождалось, еще более странными всхлипами. «Неужели плачет?» — Араев был восхищен собой. Все оказывается намного проще, чем он думал.

Неожиданно, Бизон убрал руки от лица и Араев действительно заметил на глазах слезы, но это были слезы, вызванные смехом. Бизон смеялся, причем так сильно, что лицо его покраснело, а из глаз непрерывным потоком, лились слезы.

Араев испуганно отпрянул в сторону, задев стул и чуть было не упав. Он не мог предугадать такой реакции, он мог представить все, что угодно, но только не это.

Наконец Бизон успокоился, вытер глаза, вздохнул глубоко и улыбнулся.

— Ну, следак, ты и дебил. Уверен, что я не первый, кто тебе это говорит. Знаешь, возникает такое чувство, что ты первый день, в своем кресле. Вот ответь на вопрос, кто-нибудь, ведется на твои штучки? Можешь не отвечать, я сам прекрасно догадываюсь. Ты попробуй, со своими приколами, к бомжам и алкашам подъезжать. Вот там тебе улов будет, однозначно. А мне это не надо рассказывать, ведь если бы у тебя в папке, была хоть одна бумажка против меня, то ты, не разводил бы эти сопли, а давно бы уже упрятал меня за решетку и готовил обвинение. Даю сто процентов, у тебя кроме догадок, ну ни хрена нет.

Араев понял, что весь его замысел, с треском провалился. Пытаться сейчас убедить Холодова в обратном, было дело безрезультатным. Оставалось лишь признать, что и здесь, в этой психологической схватке, он потерпел поражение.

— Ублюдок, я все равно посажу тебя. Клянусь, ты сгниешь заживо за решеткой. — Голос Араева, звучал приглушенно. — Поверь, ты за все ответишь.

— Ну-ну. Удачи тебе, в твоих начинаниях, желать не буду, не в моих это интересах. Действуй, это твоя работа. На этом, надеюсь, допрос окончен?

Бизон встал со стула, собираясь выйти из кабинета.

— Подожди, — Араев открыл папку и достал фотографии, — посмотри. Внимательно посмотри. Это убитые вами люди. Люди, у которых есть семьи, дети, родители.

— Разжалобить пытаешься? Не выйдет у тебя ничего. Это не люди, это отбросы, заполонившие нашу землю. Черножопый сброд, который нужно уничтожать. Что, привлечешь по 282-ой статье? Нет? Правильно, потому что это мое мнение, которое поддержат тысячи людей. Простых русских людей, которым уже надоело все это. Надоел беспредел черных и содействие государства в этом.

— Какая же ты мразь, — Араев собрал фотографии в стопку и убрал их. — Нет в тебе ничего человеческого.

— Что?! И это ты мне говоришь? Во мне человеческого, больше чем в тебе и таких как ты. Я человек, русский человек, а не проститутка, подставляющая жопу черным.

Араев спокойно слушал его, но, тем не менее, чувствовал, как где-то из глубины, начинает подниматься волна ярости. Бизон тем временем, продолжал издеваться над ним.